.RU

Название книги: Сборник рассказов - страница 11



-- Заложил, наверно, вчера крепко? Иди похмелись.

-- Иди сам похмелись! А не то -- съезди вон на своем

же-ребце. На нем только в кабак и ездить.

Служитель нашел это замечание чрезвычайно

оскорби-тельным.

-- Выйдите отсюда! Давайте, давайте... А то сейчас

мили-цию позову. -- Он тронул Кондрата за руку.

Кондрат зашагал от конюшни. Минька -- за ним.

-- Видел жеребца? -- Кондрат закурил, несколько раз

глубоко затянулся. -- Приеду, пойду к той комиссии... Я им

скажу пару ласковых. Ты тут спиши все данные про этого

же-ребца и пришли мне в письме. Я на них высплюсь там, на этих

членах комиссии... Черти.

Минька тоже закурил.

-- Куда сейчас?

-- На вокзал. В девять пятнадцать поезд.

У Миньки защемило сердце. Он только сейчас осознал, как

легко ему с отцом, как радостно и легко.

-- Как вы там? -- спросил он.

-- Ничего, живы-здоровы. Мать без тебя тоскует.

Соско-чила один раз ночью -- вроде ее кто-то в окно позвал. Я

вы-шел -- никого нету. Тоскует, вот и кажется.

Минька нахмурился.

-- Чего она?..

-- Так ить наше дело теперь не молодое... "Чего"!

-- А в деревне как?

-- Что в деревне?

-- Ничего не изменилось?

-- Все так же. Отсеялись нынче рано. Ту луговину за

со-лонцом помнишь? Гречиху вечно сеяли...

-- Но.

-- Всю ее под сады пустил. Не знаю, что получится.

Ста-рики говорят, зря.

Минька не знал, что еще спрашивать. Не спросишь же: "А

что, по вечерам гуляют с гармошками?" Несерьезно. Да и

спрашивать нечего -- гуляют. Как все это далеко! Туда поедет

отец. Там -- мать, ребята-дружки...

-- Через трое суток дома будешь.

-- Ты-то не приедешь летом?

-- Не знаю. Кружок тут один веду... Не знаю, может,

при-еду.

-- На будущий год он здесь будет, -- твердо сказал

Кондрат. -- Я своего добьюсь.

-- Кто?

-- Буян. Я уж спланировал, как его по железной дороге

везти. Не на того нарвались, я их сам забракую.

-- А хорошо там у нас сейчас, да? Ночами хорошо?..

-- Тоскуешь здесь?

-- Да нет, что ты! Тут тоже хорошо. Пойдешь, например, в

Парк культуры Горького -- там весело.

-- Москва, -- раздумчиво сказал Кондрат. -- На то она и

столица. Мы как сейчас поедем-то?

-- Можно на метро, можно на троллейбусе. Лучше,

ко-нечно, на метро -- одна пересадка, и все.

Кондрат посмотрел на сына.

-- Ты уж освоился тут.

-- Не совсем, но...

-- Москва, -- еще раз сказал Кондрат. -- Я в войну бывал

тут. Но тогда она, конечно, не такая была.

На вокзале Миньку охватило сильное чувство, похожее на

боль. Тяжело вдруг стало.

Отец взял чемоданы из камеры хранения. Пошли в вагон.

Пока шли через зал и по перрону, молчали. Вошли в вагон. Отец

долго устраивал чемоданы на верхнюю полку, потом присел к

столику напротив сына. И опять молчали, глядели в окно.

По перрону шли и шли люди. Одни торопились, другие,

много ездившие, шли спокойно.

"И все они сейчас поедут", -- думал Минька.

В купе пахло чем-то свежим -- не то краской, не то

ко-жей.

Потом по радио объявили, чтобы провожающие вышли из

вагонов и чтобы они не забыли передать билеты отъезжа-ющим.

Минька вышел из вагона и подошел к окну, за которым

сидел отец.

Смотрели друг на друга. Кондрат смотрел внимательно и

серьезно.

"Что он так? Как в последний раз", -- подумал Минька.

Поезд все не трогался.

Наконец тронулся.

Минька долго шел рядом с окном, смотрел на отца. Он тоже

смотрел на него. Он сидел, навалившись на маленький столик, не

шевелился. Был он седой, хмурый и смотрел все так же --

внимательно и строго.

Минька остановился. В последний раз увидел, как отец

привстал и прислонился к стеклу... И все. Поезд прогудел

густым басом и стал набирать ходу.

Минька пошел домой.

Шел до самого общежития пешком. Шел бездумно, на-рочно

сворачивал в какие-то переулки -- чтоб устать и прий-ти и

сразу уснуть.

В комнате никого не было. На столе осталась

всевозмож-ная закуска и стояла недопитая бутылка дорогого

коньяка.

Минька разобрал постель... Долго сидел, не раздеваясь.

Потом разделся и лег.

Взошла луна. В комнате стало светло. Минька предста-вил,

как грохочет сейчас по степи поезд, в котором отец... Отец

смотрит, наверно, в окно. А по земле идет светлая ночь,

расстилает по косогорам белые простыни...

Минька перевернулся на живот, уткнулся в подушку. И

опять, в который раз, увидел: степь и табун лошадей несет-ся

по степи...

С этим и заснул Минька. И слышал, как в соседней

ком-нате играет радиола. И ему снилось, что тот самый

служитель с выставки стоит над ним и хохочет -- громко и

глупо.


OCR: 2001 Электронная библиотека Алексея Снежинского


Игнаха приехал


В начале августа в погожий день к Байкаловым приехал сын

Игнатий. Большой, красивый, в черном костюме из польского

крепа. Пинком распахнул ворота -- в руках по чемодану, --

остановился, оглядел родительский двор и гарк-нул весело:

-- Здорово, родня!

Молодая яркая женщина, стоявшая за ним, сказала с

уп-реком:

-- Неужели нельзя потише?.. Что за манера!

-- Ничего-о, -- загудел Игнатий, -- сейчас увидишь, как

обрадуются.

Из дому вышел квадратный старик с огромными руками. Тихо

засмеялся и вытер рукавом глаза.

-- Игнашка!.. -- сказал он и пошел навстречу Игнатию.

Игнатий бросил чемоданы. Облапали друг друга, триж-ды --

крест-накрест -- поцеловались. Старик опять вытер глаза.

-- Как надумал-то?

-- Надумал.

-- Сколько уж не был? Лет пять, однако. Мать у нас

за-хворала, знаешь... В спину что-то вступило...

Отец и сын глядели друг на друга, не могли наглядеться.

О женщине совсем забыли. Она улыбалась и с интересом

рассматривала старика.

-- А это жена, что ли? -- спросил наконец старик.

-- Жена, -- спохватился Игнатий. -- Познакомься.

Женщина подала старику руку. Тот осторожно пожал ее.

-- Люся.

-- Ничего, -- сказал старик, окинув оценивающим

взгля-дом Люсю.

-- А?! -- с дурашливой гордостью воскликнул Игнатий.

-- Пошли в дом, чего мы стоим тут! -- Старик первым

двинулся к дому.

-- Как мне называть его? -- тихо спросила Люся мужа.

Игнатий захохотал.

-- Слышь, тять!.. Не знает, как называть тебя!

Старик тоже засмеялся.

-- Отцом вроде довожусь... -- Он молодо взошел на

крыльцо, заорал в сенях: -- Мать, кто к нам приехал-то!

В избе на кровати лежала горбоносая старуха, загорелая и

жилистая. Увидела Игнатия -- заплакала.

-- Игнаша, сынок... приехал...

Сын наскоро поцеловал мать и полез в чемоданы. Гулкий

сильный голос его сразу заполнил всю избу.

-- Шаль тебе привез... пуховую. А тебе, тять, сапоги. А

Маруське -- во!.. А это Ваське... Все тут живы-здоровы?

Отец с матерью, для приличия снисходительно улыбаясь, с

интересом наблюдали за движениями сына -- он все доста-вал и

доставал из чемоданов.

-- Все здоровы. Мать вон только... -- Отец протянул

длинную руку к сапогам, бережно взял один и стал щупать, мять,

поглаживать добротный хром. -- Ничего товар... Васька износит.

Мне уж теперь ни к чему такие.

-- Сам будешь носить. Вот Маруське еще на платье. --

Игнатий выложил все, присел на табурет. Табурет жалобно

скрипнул под ним. -- Ну, рассказывайте, как живете?

Соску-чился без вас.

-- Соскучился, так раньше бы приехал.

-- Дела, тятя.

-- Дела... -- Отец почему-то недовольно посмотрел на

молодую жену сына. -- Какие уж там дела-то!..

-- Ладно тебе, отец, -- сказала мать. -- Приехал -- и-то

слава Богу.

Игнатию не терпелось рассказать о себе, и он

воспользо-вался случаем возразить отцу, который, судя по

всему, не очень высоко ставил его городские дела. Игнатий был

бор-цом в цирке. В городе у него была хорошая квартира, были

друзья, деньги, красивая жена...

-- Ты говоришь: "Какие там дела!" -- заговорил Игнатий,

положив ногу на ногу и ласково глядя на отца. -- Как тебе

объяснить? Вот мы, русские, крепкий ведь народишка! Посмотришь

на другого -- черт его знает!.. -- Игнатий встал, прошелся по

комнате. -- В плечах сажень, грудь как у жереб-ца породистого,

-- силен! Но чтобы научиться владеть этой силой, освоить

технику, выступить где-то на соревновани-ях -- это Боже упаси!

Он будет лучше в одиночку на медведя ходить. Дикости еще много

в нашем народе. О культуре тела никакого представления.

Физкультуры боится как черт ладана. Я же помню, как мы в школе

профанировали ее. -- С последними словами Игнатий обратился к

жене.

Как-то однажды Игнатий набрел на эту мысль -- о

пре-ступном нежелании русского народа заниматься

физкульту-рой, кому-то высказал ее, его поддержали. С тех пор

он так часто распространялся об этом, что, когда сейчас

заговорил и все о том же, жена его заскучала и стала смотреть

в окно.

-- ... Поэтому, тятя, как ты хошь думай, но дело у меня

важное. Может, поважнее Васькиного.

-- Ладно, -- согласился отец. Он слушал невниматель-но.

-- Мать, где там у нас?.. В лавку пойду.

-- Погоди, -- остановил его Игнатий. -- Зачем в лавку?

Вкусив от сладостного плода поучений, он хотел было еще

поговорить о том, что надо и эту привычку бросать рус-ским

людям: чуть что -- сразу в лавку. Зачем, спрашивается? Но отец

так глянул на него, что он сразу отступился, махнул рукой,

вытащил из кармана толстый бумажник, шлепнул на стол:

-- На деньга!

Отец обиженно приподнял косматые брови.

-- Ты брось тут, Игнаха!.. Приехал в гости -- значит,

сиди помалкивай. Что, у нас своих денег нету?

Игнатий засмеялся.

-- Ладно, понял. Ты все такой же, отец.

Сидели за столом, выпивали.

Старик Байкалов размяк, облапал узловатыми ладонями

голову, запел было:


Зачем сидишь до полуночи

У растворенного окна,

Ох, зачем сидишь...


Но замолчал. Некоторое время сидел, опустив на руки

голову. Потом сказал с неподдельной грустью:

-- Кончается моя жизнь, Игнаха. Кончается! -- Он

руг-нулся.

Жена Игнатия покраснела и отвернулась к окну. Игнатий

сказал с укором:

-- Тятя!

-- А ты, Игнат, другой стал, -- продолжал отец, не

обра-тив никакого внимания на упрек сына. -- Ты, конечно, не

замечаешь этого, а мне сразу видно.

Игнатий смотрел трезвыми глазами на отца, внимательно

слушал его странные речи.

-- Ты давеча вытащил мне сапоги... Спасибо, сынок!

Хо-рошие сапоги...

-- Не то говоришь, отец, -- сказал Игнатий. -- При чем

тут сапоги?

-- Не обессудь, если не так сказал, -- я старый человек.

Ладно, ничего. Васька скоро придет, брат твой... Здоровый он

стал! Он тебя враз сомнет, хоть ты и про физкультуру толкуешь.

Ты жидковат против Васьки. Куда там!..

Игнатий засмеялся; к нему вернулась его необидная

весе-лая снисходительность.

-- Посмотрим, посмотрим, тятя.

-- Давай еще по маленькой? -- предложил отец.

-- Нет, -- твердо сказал Игнатий.

-- А! Вот муж какой у тебя! -- не без гордости заметил

старик, обращаясь к жене Игнатия. -- Наша порода -- Байкаловы.

Сказал "нет" -- значит все. Гроб! Я такой же был. Вот еще

Васька придет. А еще у нас Маруська есть. Та покрасивше тебя

будет, хотя она, конечно, не расфуфыренная...

-- Ты, отец, разговорился что-то, -- урезонила жена

ста-рика. -- Совсем уж из ума стал выживать. Черт-те чего

мелет. Не слушайте вы его, брехуна.

-- Ты лежи, мать, -- беззлобно огрызнулся старик. --

Ле-жи себе, хворай. Я тут с людьми разговариваю, а ты нас

пере-биваешь.

Люся поднялась из-за стола, подошла к комоду и стала

раз-глядывать патефонные пластинки. Ей, видно, было неловко.

Игнатий тоже встал. Завели патефон. Поставили "Грушицу".


Молчали. Слушали.

Старший Байкалов смотрел в окно, о чем-то невесело

думал.

Вечерело. Горели розовым нежарким огнем стекла домов. По

улице, поднимая пыль, с ревом прошло стадо. Корова Байкаловых

подошла к воротам, попробовала поддеть их ро-гом -- не

получилось. Она стояла и мычала. Старик смотрел на нее и не

двигался. Праздника почему-то не получилось. А он давненько

поджидал этого дня -- думал, будет большой праздник. А сейчас

сидел и не понимал: почему же не вышло праздника? Сын приехал

какой-то не такой. В чем не такой? Сын как сын, подарки

привез. И все-таки что-то не то.

Пришла Марья -- рослая девушка, очень похожая на

Иг-натия. Увидев брата, просияла радостной сдержанной

улыб-кой.

-- Ну здравствуй, здравствуй, красавица! -- забасил

Иг-натий, несколько бесцеремонно разглядывая взрослую се-стру.

-- Ведь ты же невеста уже!

-- Будет тебе, -- степенно сказала Марья и пошла

знако-миться с Люсей.

Старик Байкалов смотрел на все это, грустно

сощурив-шись.

-- Сейчас Васька придет, -- сказал он. Он ждал Ваську.

Зачем ему нужно было, чтобы скорей пришел его младший сын, он

не знал.

Молодые ушли в горницу и унесли с собой патефон.

Иг-натий прихватил туда же бутылку красного вина и закуску.

-- Выпью с сестренкой, была не была!

-- Давай, сынок, это ничего. Это полезно, -- миролюби-во

сказал отец.

Начали приходить бывшие друзья и товарищи Игнатия.

Тут-то бы и начаться празднику, а праздник все не наступал.

Приходили, здоровались со стариком и проходили в горни-цу,

заранее улыбаясь. Скоро там стало шумно. Гудел могучий бас

Игнатия, смеялись женщины, дребезжал патефон. Двое дружков

Игнатия сбегали в лавку и вернулись с бутылками и кульками.

"Сейчас Васька придет", -- ждал старик. Не было у него

на душе праздника -- и все тут.

Пришел наконец Васька -- огромный парень с открытым

крепким лицом, загорелый, грязный. Васька походил на отца,

смотрел так же -- вроде угрюмо, а глаза добрые.

-- Игнашка приехал, -- встретил его отец.

-- Я уж слышал, -- сказал Васька, улыбнулся и тряхнул

русыми спутанными волосами. Сложил в угол какие-то же-лезяки,

выпрямился.

Старик поднялся из-за стола, хотел идти в горницу, но

сын остановил его:

-- Погоди, тять, дай я хоть маленько ополоснусь. А то

не-удобно даже.

-- Ну, давай, -- согласился отец. -- А то верно -- он

на-рядный весь, как этот... как артист.

И тут из горницы вышел Игнатий с женой.

-- Брательник! -- заревел Игнатий, растопырив руки. --

Васька! -- И пошел на него.

Васька покраснел, как девица, засмеялся, переступил с

ноги на ногу.

Игнатий обнял его.

-- Замараю, слушай. -- Васька пытался высвободиться из

объятий брата, но тот не отпускал.

-- Ничего-о!.. Это трудовая грязь, братка. Дай поцелую

тебя, окаянная душа! Соскучился без вас.

Братья поцеловались.

Отец смотрел на сыновей, и по щекам его катились слезы.

Он вытер их и громко высморкался.

-- Он тебе подарки привез, Васька, -- громко сказал

отец, направляясь к чемоданам.

-- Брось, тятя, какие подарки! Ну давай, что ты должен

делать-то? Умываться? Умывайся скорей. Выпьем сейчас с тобой.

Вот! Видела Байкаловых? -- Игнатий легонько под-толкнул жену к

брату. -- Знакомьтесь.

Васька покраснел пуще прежнего -- не знал: подавать

яркой женщине грязную руку или нет. Люся сама взяла его руку и

крепко пожала.

-- Он у нас стеснительный, -- пояснил отец.

Васька осторожно кашлянул в кулак, негромко, коротко

засмеялся; он готов был провалиться сквозь землю от таких

объяснений отца.

-- Тятя... скажет тоже.

-- Иди умывайся, -- сказал отец.

-- Да, пойду маленько... того...

Васька пошел в сени.

Игнатий двинулся за ним.

-- Пойдем, полью тебе по старой памяти!

Отец тоже вышел на улицу.

Умываться решили идти на Катунь -- она протекала под

боком, за огородами.

-- Искупаемся? -- предложил Игнатий и похлопал себя

ладонями по могучей груди.

Шли огородами по извилистой, едва приметной тропке в

буйной картофельной ботве.

-- Ну как живете-то? -- басил Игнатий, шагая вразвалку

между отцом и братом.

Васька опять коротко засмеялся. Он как-то странно

сме-ялся: не то смеялся, не то покашливал смущенно. Он был

очень рад брату.

-- Ничего.

-- Хорошо живем! -- воскликнул отец. -- Не хуже

город-ских.

-- Ну и слава Богу! -- с чувством сказал Игнатий. --

Ва-силий, ты, говорят, нагулял тут силенку?

Василий опять засмеялся.

-- Какая силенка!.. Скажешь тоже. Как ты-то живешь?

-- Я хорошо, братцы! Я совсем хорошо. Как жена моя вам?

Тять?

-- Ничего. Я в них не шибко понимаю, сынок. Вроде

ни-чего.

-- Хорошая баба, -- похвалил Игнатий. -- Человек

хоро-ший.

-- Шибко нарядная только. Зачем так?

Игнатий оглушительно захохотал.

-- Обыкновенно одета! По-городскому, конечно. Поотстали

вы в этом смысле.

-- Чего-то ты много хохочешь, Игнат, -- заметил ста-рик.

-- Как дурак какой.

-- Рад, поэтому смеюсь.

-- Рад... Мы тоже рады, да не ржем, как ты. Васька вон

не рад, что ли?

-- Ты когда жениться-то будешь, Васька? -- спросил

Иг-натий.

-- Он сперва в армию сходит, -- сказал отец.

-- Ты это... когда пойдешь в армию, сразу записывайся в

секцию, -- посоветовал старший брат. -- Я же так начал.

Тре-нер толковый попадется -- можешь вылезти.

Васька слушал, неопределенно улыбался.

Пришли к реке.

Игнатий первый скинул одежду, обнажив свое красивое

тренированное тело, попробовал ногой воду, тихонько охнул.

-- Мать честная! Вот это водичка.

-- Что? -- Васька тоже разделся. -- Холодная?

-- Ну-ка, ну-ка? -- заинтересовался Игнатий. Подошел к

Ваське и стал его похлопывать и осматривать со всех сторон,

как жеребца.

Васька терпеливо стоял, смотрел в сторону, беспрерывно

поправляя трусы, посмеивался.

-- Есть, -- заключил Игнатий. -- Давай попробуем?

-- Да ну! -- Васька недовольно тряхнул волосами.

-- А чего, Васька? Поборись! -- Отец с упреком смотрел

на младшего.

-- Бросьте вы, на самом деле, -- упрямо и серьезно

ска-зал Васька. -- Чего ради сгребемся тут? На смех людям?

-- Тьфу! -- рассердился отец. -- Ты втолкуй ему, Игнат,

ради Христа! Он какой-то телок у нас -- всего стесняется.

-- А чего тут стесняться-то? Если бы мы какие-нибудь

дохлые были, тогда действительно стыдно.

-- Объясни вот ему!

Васька нахмурился и пошел к воде. Сразу окунулся и

по-плыл, сильно загребая огромными руками; вода вскипала под

ним.

-- Силен! -- с восхищением сказал Игнатий.

-- Я ж тебе говорю!

Помолчали, глядя на Ваську

-- Он бы тебя уложил.

-- Не знаю, -- не сразу ответил Игнатий. -- Силы у него

больше -- это ясно.

Отец сердито высморкался на песок. Игнатий постоял еще

немного и тоже полез в воду. А отец пошел ниже по реке, куда

выплывал Васька. Когда Васька вышел на берег, они о чем-то

негромко и горячо заговорили. Отец доказывал свое, даже

прижимал к груди руки, Васька бубнил свое. Когда Игнатий

доплыл к ним, они замолчали.

Игнатий вылез из воды и задумчиво стал смотреть на

да-лекие синие горы, на многочисленные острова.

-- Катунь-матушка, -- негромко сказал он.

Васька и отец тоже посмотрели на реку.

На той стороне, на берегу, сидела на корточках баба с

вы-соко задранной юбкой, колотила вальком по белью,

ослепи-тельно белели ее тупые круглые коленки.

-- Юбку-то спусти маленько, эй! -- крикнул старик.

Баба подняла голову, посмотрела на Байкаловых и

про-должала колотить вальком по белью.

-- Вот халда! -- с восхищением сказал старик. -- Хоть бы

хны ей.

Братья стали одеваться.

Хмель у Игнатия прошел. Ему что-то грустно стало.

-- Чего ты такой? -- спросил Васька, у которого,

наоборот, было очень хорошее настроение.

-- Не знаю. Так просто.

-- Не допил, поэтому, -- пояснил старик. -- Ни два, ни

полтора получилось.

-- Черт его знает! Не обращайте внимания. Давайте

поси-дим, покурим...

Сели на теплые камни. Долго молчали, глядя на

быстротекущие волны. Они лопотали у берега что-то свое,

торопи-лись.

Солнце село на той стороне, за островами. Было тихо.

Только всплескивали волны, кипела река да удары валька по

мокрому белью -- гулкие, смачные -- разносились над ре-кой.

Трое смотрели на родную реку, думали каждый свое.

Игнатий присмирел. Перестал хохотать, не басил.

-- Что, Вася? -- негромко спросил он.

-- Ничего. -- Васька бросил камешек в воду.

-- Все пашешь?

-- Пашем.

Игнатий тоже бросил в воду камень. Помолчали.

-- Жена у тебя хорошая, -- сказал Васька. -- Красивая.

-- Да? -- Игнатий оживился, с любопытством, весело

по-смотрел на брата. Сказал неопределенно: -- Ничего. Тяте вон

не нравится.

-- Я не сказал, что не нравится, чего ты зря? -- Старик

неодобрительно посмотрел на Игнатия. -- Хорошая женщина.

Только, я считаю, шибко фартовая.

Игнатий захохотал.

-- А ты знаешь, что такое фартовая-то?

Отец отвернулся к реке, долго молчал -- обиделся. Потом

повернулся к Ваське и сказал сердито:

-- Зря ты не поборолся с ним.

-- Вот привязался! -- удивился Васька. -- Ты что?

-- Заело что-то тятю, -- сказал Игнатий, -- что-то не

нра-вится ему.

-- Что мне не нравится? -- повернулся к нему отец.

-- Не знаю. На душе у тебя что-то не так, я же вижу.

-- Ну и видь! Ты шибко умный стал, прямо спасу нет. Все

ты видишь, все понимаешь!

-- Будет вам! -- сказал Васька. -- Чего взялись? Нашли

время.

-- Да ну его! -- Отец засморкался и полез за кисетом. --

Приехал, расхвастался тут, подарков навез... подумаешь!

-- Тять, да ты что в самом деле?!

Игнатий даже привстал от удивления. Васька незаметно

толкнул его в бок -- не лезь. Игнатий сел и вопросительно

посмотрел на Ваську. Тот поднялся, отряхнул песок со шта-нов,

посмотрел на отца.

-- Пошли? Тять...

-- У тебя деньги есть? -- спросил тот.

-- Есть. Пошли...

Старик поднялся и, не оглядываясь, пошел первым по

тропе, ведущей к огородам.

-- Чего он? -- Игнатия не на шутку встревожило

настро-ение отца.

-- Так... Ждал тебя долго. Сейчас пройдет. Песню спой с

ним какую-нибудь. -- Васька улыбнулся.

-- Какую песню? Я их перезабыл все. А ты поешь с ним

песни?

-- Да я ж шутейно. Я сам не знаю, чего он... Пройдет.

Опять шли по огородам друг за другом, молчали. Игна-тий

шел за отцом, смотрел на его сутулую спину и думал по-чему-то

о том, что правое плечо у отца ниже левого, -- рань-ше он не

замечал этого.


OCR: 2001 Электронная библиотека Алексея Снежинского


Из детских лет Ивана Попова


Первое знакомство с городом


Перед самой войной повез нас отчим в город Б. Это --

ближайший от нас, весь почти деревянный, бывший купе-ческий,

ровный и грязный.

Как горько мне было уезжать! Я невзлюбил отчима и, хоть

не помнил родного отца, думал: будь он с нами, тятя-то, никуда

бы мы не засобирались ехать. Назло отчиму (теперь знаю: это

был человек редкого сердца -- добрый, любящий... Будучи

холостым парнем, он взял маму с двумя детьми), так вот назло

отчиму, папке назло -- чтобы он разозлился и при-шел в

отчаяние, -- я свернул огромную папиросу, зашел в уборную и

стал "смолить" -- курить. Из уборной из всех ще-лей повалил

дым. Папка увидел... Он никогда не бил меня, но всегда

грозился, что "вольет". Он распахнул дверь убор-ной и,

подбоченившись, стал молча смотреть на меня. Он был очень

красивый человек, смуглый, крепкий, с карими умными глазами...

Я бросил папироску и тоже стал смотреть на него.

-- Ну? -- сказал он.

-- Курил... -- Хоть бы он ударил меня, хоть бы щелкнул

разок по лбу, я бы тут же разорался, схватился бы за голову,

испугал бы маму. Может, они бы поругались и, может, мама

заявила бы ему, что никуда она не поедет, раз он такой -- бьет

детей.

-- Я вижу, что курил. Дурак ты, дурак, Ванька... Кому

хуже-то делаешь? Мне, что ли? Пойду сейчас и скажу матери...

Это не входило в мои планы, и это могло мне выйти бо-ком

-- мама-то как раз и отстегала бы меня. Я догнал папку...

-- Папка, не надо, не ходи!

-- Зачем ты куришь, дурачок, с таких лет? Ведь это ж

сколько никотину скопится за целую жизнь! Ты только поду-май,

голова садовая. Скажи, что больше не будешь, -- не пойду к

матери.

-- Не буду. Истинный мой Бог, не буду.

-- Ну смотри.

... И вот едем в город -- переезжаем. На телеге наше

добро, мы с Талей сидим на верхотуре, мама с папкой идут

пешком. За телегой, привязанная, идет наша корова Райка.

Таля, маленькая сестра моя, радуется, что мы едем, что

нам еще далеко-далеко ехать. Невдомек ей, что мы уезжаем из

дома. Вообще-то мне тоже нравится ехать. Вольно кругом,

просторно... Степь. В травах стоит несмолкаемая трескотня:

тысячи маленьких неутомимых кузнецов бьют и бьют кро-хотными

молоточками в звонкие наковаленки, а сверху, из жаркой синевы,

льются витые серебряные ниточки... Навер-но, эти-то тоненькие

ниточки и куют на своих наковаленках маленькие кузнецы и

развешивают сверкающими паутинка-ми по траве. Рано утром,

когда встает солнце, на ниточки эти, протянутые от травинки к

травинке, кто-то нанизывает изумрудный бисер -- зеленое платье

степи блестит тогда до-рогими нарядами.

Мы останавливаемся покормиться.

Папка выпрягает коня, пускает его по бережку. Райка тоже

пошла с удовольствием хрумтеть сочным разнотравьем. Мы

раскладываем костерок -- варить пшенную кашу. Хоро-шо! Я даже

забываю, что мы уезжаем из дома. Папка напоми-нает:

-- Вот здесь наша река последний раз к дороге подходит.

Дальше она на запад поворачивает.

Мы все некоторое время молча смотрим на родимую реку. Я

вырос на ней, привык слышать днем и ночью ее ров-ный,

глуховатый, мощный шум... Теперь не сидеть мне на ее берегах с

удочкой, не бывать на островах, где покойно и про-хладно, где

кусты ломятся от всякой ягоды: смородины, ма-лины, ежевики,

черемухи, облепихи, боярки, калины... Не заводиться с

превеликим трудом -- так, что ноги в кровь и штаны на кустах

оставишь -- бечевой далеко вверх и никог-да, может быть, не

испытать теперь величайшее блаженст-во -- обратный путь домой.

Как нравилось мне, каким взрос-лым, несколько удрученным

заботами о семье мужиком я себя чувствовал, когда собирались

вверх "с ночевой". Надо было не забыть спички, соль, ножик,

топор... В носу лодки свалены сети, невод, фуфайки. Есть хлеб,

картошка, котелок. Есть ружье и тугой, тяжелый патронташ.

-- Ну все?

-- Все вроде...

-- Давайте, а то поздно уже. Надо еще с ночевкой

устро-иться. Берись!

Самый хитрый из нас, владелец ружья или лодки,

отправ-ляется на корму, остальные, человека два-три, -- в

minskaya-oblast-klyuchevie-aspekti-poslaniya-prezidenta-respubliki-belarus-a-glukashenko-belorusskomu-narodu-i.html
minskij-oblispolkom-programma-tehnicheskogo-perevooruzheniya-oao-rogachevskij-zavod-diaproektor-na-period-2009-2015.html
minsportturizma-rossii-budet-videlyat-sredstva-na-stroitelstvo-sportzalov-v-kurskoj-oblasti.html
mintrans-rossii-stranica-3.html
minus-1-minuta-45-sekund-evgenij-proshkin.html
minus-odin-avtori-idei-n-krajner-gala-rubinshtejn-maks-fraj-koordinator-orakul-sostavitel-i-avtor-kommentariev-maks-fraj.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/massazh-serdechnoj-mishci.html
  • tasks.bystrickaya.ru/19-terrenkur-1-fizkultura-dlya-zdorovya-sport-za-schet-zdorovya-4.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/programma-po-fizike-dlya-10-11-klassov-obsheobrazovatelnih-uchrezhdenij-stranica-4.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/referat-po-discipline-innovacionnij-menedzhment-tema-innovacionnij-proekt-i-ego-realizaciya-na-predpriyatii.html
  • testyi.bystrickaya.ru/analitika-odinochestva-ili-fragment-dushevnoj-bezdni.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/unep-10th-special-session-of-the-governing-council-global-ministerial-environment-forum-councilforum.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-kursa-vklyuchaet-znakomstvo-s-sovremennimi-filosofskimi-diskussiyami-po-problemam-nauki-i-osvoenie-materiala-pozvolyayushego-stavit-i-reshat-issledovatelskie-zadachi-v-dannoj-oblasti-na-sovremennom-urovne.html
  • esse.bystrickaya.ru/programmno-metodicheskoe-obespechenie-programmno-metodicheskoe-obespechenie-dlya-5-8-klassov-mou-gimnazii-9-rabotayushih.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/finansovie-rezultati-i-raspredelenie-pribili-predpriyatiya.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-xi-problemi-filosofii-izdatelstvo.html
  • thescience.bystrickaya.ru/hodovaya-chast-avtomobilya.html
  • control.bystrickaya.ru/biznes-plan-naimenovanie-proekta-proizvodstvo-mikroshlifporoshkov-avtor-proekta.html
  • assessments.bystrickaya.ru/chtenie-v-edinij-i-mnogie-ramacharaka.html
  • essay.bystrickaya.ru/byudzhetnij-deficit-47-finansi-domashnego-hozyajstva-domohozyajstva-kak-i-finansi-obshestva-v-celom-predstavlyayut.html
  • lesson.bystrickaya.ru/rinok-cennih-bumag-valyutnij-rinok-chast-5.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sanatorij-yurmino-g-saki-komissionnoe-voznagrazhdenie-ot-10-za-isklyucheniem.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-33-bitva-i-polyot-rasskaz-hagrida.html
  • tasks.bystrickaya.ru/3-formirovanie-reestra-informacionnij-byulleten-administracii-sankt-peterburga-39-690-11-oktyabrya-2010-g.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-plan-zanyatij-i-kursa-dnevnogo-otdeleniya-ii-stranica-3.html
  • crib.bystrickaya.ru/istoriko-arheologicheskij-ocherk-krima-stranica-7.html
  • uchit.bystrickaya.ru/svojstva-mle-plenok-nitrida-alyuminiya.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/programma-razvitiya-5-str-sisoeva-m-a-voprosi-professionalnoj-podgotovki-vipusknikov-specialnih-korrekcionnih-shkol-9-str-egorova-r.html
  • institut.bystrickaya.ru/svodnij-doklad-respubliki-buryatiya-o-rezultatah-monitoringa-effektivnosti-deyatelnosti-organov-mestnogo-samoupravleniya-gorodskih-okrugov-i-municipalnih-rajonov-za-2009-god-soderzhanie-stranica-7.html
  • textbook.bystrickaya.ru/isha-upanishada.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/anglo-russkij-slovar-statisticheskih-terminov.html
  • control.bystrickaya.ru/doklad-o-sostoyanii-s-pravami-cheloveka-v-nizhegorodskoj-oblasti-stranica-7.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-dlya-slushatelej-zaochnogo-obucheniya-metodicheskie-ukazaniya-i-kontrolnie-raboti.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/praktikumi-po-filosofii-izuchenie-istochnikov-i-osnovnih-filosofskih-tekstov-osnovnaya-zadacha-prakticheskih-zanyatij-po-filosofii-so-studentami-gumanitarnih-fakult-stranica-3.html
  • control.bystrickaya.ru/beskrajni-prostori-neba-nad-mirom-mislyu-chelovecheskoj-ne-obyat-ih-no-rasskazivayut-chto-prestol-gospoden-vozdvignut-pryamo-nad-ispaniej-stranica-26.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/o-v-stepanova-sankt-peterburgskij-gosudarstvennij-universitet.html
  • lecture.bystrickaya.ru/413-opredelenie-funkcii-v-gpss-konspekt-lekcij-dlya-studentov-specialnosti-080801-65-prikladnaya-informatika.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/l-f-apt-nachalnik-otdela-pravovogo-upravleniya-apparata-soveta-federacii-federalnogo-sobraniya-rossijskoj-federacii-kandidat-yuridicheskih-nauk-zasluzhennij-yurist-rossijskoj-federacii-stranica-7.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/stepanich-peterburg-izdatelstvo-tropa-troyanova.html
  • writing.bystrickaya.ru/elektromagnitnie-volni.html
  • crib.bystrickaya.ru/internet-resursi-tv-8-1-kanal-28-05-2004-novosti-12-00-00-agoshkov-evgenij-novosti-8-30-00-7-30.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.