.RU

Общетюркская, казахская этнонимия в пантопохронии и проблемы типологическ ой универсали и 10. 02. 06 тюркские языки - страница 3


Третья глава «Этимология и семантика древних этнонимов в свете достижений современной этнографии, этнонимики и фоносемантики» состоит из пяти разделов. В ней на основе универсальной типологии в этнонимии народов мира определяется целый ряд этнических имен, теонимов, демонимов, топонимов, титульных имен общеязыкового характера, сравнительно-сопоставительный анализ которых способствовал выявлению типологически универсальных корневых морфем – языковых выразителей единого семантического ядра, атома: «человек», «настоящий человек», «люди», «настоящие люди». Использование данных фоносемантики способствовало научной этимологизации и определению исконной семантики древних этнонимов с затемненной этимологией и утерянной семантикой. В главе определены особенности биноминации, явления рядности в этнонимии. Инновационный подход к решению поставленных задач способствовал разработке ново-синтезной методики этимологизации и семантизации, которая может стать универсальным ключом при этимологических и семантических исследованиях не только в ономастике, но и в лексикологии.
В разделе 3.1. «Типологическая универсалия в этнонимии и ее языковое выражение» говорится о том, что открытие типологической универсалии в этнонимике -исключительно важный шаг на пути к достоверно научной этимологизации древних этнических имен. Универсальную типологию в этнонимии народов мира сформулировал М.В. Крюков [13,6-12]. Он связывает это явление со структурой внутреннего механизма этнического самосознания. Однако надо иметь в виду, что этническое самосознание вырастает из самосознания персоноличности, из антропоцентризма вырастает этноцентризм, оформленный в универсальную типологию – семантический штамп этнических самоназваний: «человек», «люди», «настоящие люди». Этот семантический штамп находит свое выражение в самонаименованиях. Этническое самосознание, вырастает из самосознания персоноличности «я», «человек» к противоположному человеку, роду, племени этносу. В непосредственной связи с этим психосознательным явлением возникает его лингвистическое оформление в семантическом противопоставлении, т.е. «я», «человек», «мы», «люди», и «чужой», «дикарь», «враг», «варвар». Данное явление обозначается инонаименованием экзогенного происхождения.

Определение типологической универсалии в этнонимии народов мира в руках исследователя важнейший ключ к научной этимологии и исконной семантике огромного массива этнических имен. Долгое время в языкознании существовало заблуждение в методологии научного поиска, считалось, что возникновение этнонимов не подчиняется каким либо языковым закономерностям. Следуя установке Ф. Энгельса, который, считал, что происхождение этнонимов имеет хаотический характер, А.И. Попов заключает, что в этнонимии нет «строгих законов»: «Никаких точных закономерностей здесь нет; этническое название является лишь побочным, в большей мере именно случайным продуктом исторического процесса... Можно прямо утверждать, что любая попытка создать какое-то подобие непреложных законов этнонимики должно незбежно окончиться неудачей; способы образования этнических имен слишком диалектичны и многообразны, их нельзя уложить в твердую схему, сколько-нибудь определенную» [14,76]. Как видно из высказывания, не учитывалось главное, что этническое имя, как и всякое имя собственное – это факт языка, и он подчиняется законам языкового развития, хотя и имеет экстралингвистические особенности происхождения, фактор эндогенности и экзогенности возникновения. Обоснованность такого утверждения и наличие типологической универсалии отметил в трицатые годы двацатого столетия Н.Я. Марр. Он и обозначил типологическую универсалию в этнонимии народов мира: «Племенные названия, как таковые, и простые и составные, являлись непосредственно словами, означавшими «человека», первоначально естественно лишь «данного человека» (человека данного племени)» [15,188].

Поэтому М.В. Крюков пришел к заключению, что типологическая универсалия должна быть признана бесспорно универсальной в том смысле, что этнические самоназвания такого типа характерны для многих народов, совершенно различных по своему поисхождению. Далее он говорит, что, не совпадая по своей лексической форме, такие самоназвания имеют в своей основе слова, семантически относящееся к одному и тому же классу – «люди» или «настоящие люди». В качестве примеровМ.В. Крюков приводит ряд самоназваний народов: финно-угорских, самодийских, эскимоско-алеутских, палеоазиатских, народов енисейской языковой группы, тюркских, тайских, тибето-бирманских.

Результаты анализа материала убеждают нас в бесспорной обоснованности теории типологической универсалии в этнонимии. Типологическая универсалия, объединенная общим этнографическим значением в разносистемных языках, совпадая семантически, на первый взгляд не могла совпадать по своей звуковой оболочке. Но при целенаправленном сравнительно-историческом анализе древних этнических имен даже в разносистемных языках можно обнаружить не только единое семантическое ядро «человек», «настоящий человек», «люди», «настоящие люди» (далее это семантическое ядро разрастается, приобретая значения «муж», «мужчина», «истинный мужчина», «храбрый», «храбрец», «герой», «богатырь» и т.д.), но и определить корневую морфему-носителя основной семантики «человек», «люди», имеющую сходную звуковую оболочку во многих языках. Для этого необходимо сделать следующий шаг – определить семантический ряд этнонимов для сравнительного анализа, выявления и уточнения древнейших этноморфем, являющихся носителями основного семантичекого ядра (атома) «человек», «люди».

Сравнительно-историческому анализу в настоящей работе подвергнута в основном тюркская этнонимия. Некоторые материалы представлены и из других языков. Тюркская этнонимия выбрана не случайно: в этих языках древние этнические имена сохранились почти в первозданном виде, а в некоторых современных тюркских языках значительная часть этих названий до сих пор находится в живом употреблении.

В исследовании рассмотрено 220 этнонимов, 96 теонимов, 29 титульных имен, в которых выделяется корневая морфема -ен, -эн, -ин, -ан, -ян. Эта морфема является семантическим ядром, несущим значение «человек», «настоящий человек», «высший человек», а также «мифический герой», «дух», «бог».

Необходимо обратить внимание на специфику теонимов. В начале развития духовных представлений человека сложилась идея некоего сверхмогучего божественного существа, управляющего всеми силами окружающего мира. Это существо представлялось первочеловеку в его же образе, но только обитающим где-то в недоступных местах или на небесах. Поэтому человек именует эти божественные силы, как и самого себя, «человек», «настоящий человек», «высший человек». Антропоморфизм находит свое словесное выражение. И в теонимах также явно просматривается корневая морфема -ен, -эн, -ин, -ан-ян, которая несет значение «человек», «настоящий человек», «высший человек», «мифический герой», «дух», «бог».

Представляют интерес титульные имена в разносистемных языках. К примеру, в китайском вань “царь”, “князь”, “господин”; Kin // King “господин” в языке америндов майя; Ink “царь”, “князь” на языке ацтеков, в английском King “король”, в тюркских языках Хан // Каган (Қа-хан) – “царь, высший царь”, Тегин “принц”, “титул, присоединяемый к именам младших членов ханской семьи”. Alp tegin, esan tegin, jarug tegin, Kul tegin”. “Инал – также титул, INAL сын женшины из ханского рода и простолюдина; лицо, имееюшее знатное происхождение, высокородный... INAL inal öz имя собственное и титул [ДТС, 547] .

Другие титульные имена также из этого ряда: пан, князь, барон, боярин в славянских языка; в германских языках fon “господин”; в испанском языке don “господин”, auna // vauna халдейское “правитель“, “судья“; в польском языке пан “господин“, в казахском языке есть слово паң “человек гордый, высокомерный; человек, возомнивший себя господином”. Какое значение здесь первично и из какого языка оно заимствовано? Этот вопрос требует особого рассмотрения.

Можно заключить: типологическая универсалия в этнонимии дала возможность определить корневую морфему в составе этнонимов, теонимов, титульных имен. В процессе анализа многочисленных примеров выявлена корневая морфема, которая несет основное семантическое значение «человек», «люди», «настоящий человек», «настоящие люди». Морфема -ен-, -эн-, -ин-, -ан-, -ян-, несущая исконное значение, наблюдается и в составе древних палеоазиатских этнонимов Айн, Япон (Нипон), Часон (самоназвание корейцев), ненец, намунка, моной, курамчен, мурчан, нанангир, нанай, нани, натки (нгатки), нивх, евен (эвенк), тунгус, салон, орочон, тонгджон, тонги, хамненнган (хамнеган), хынгунен, хевенкен, хадеээнай, хант. Это – названия народов и племен древних аборигенов японских островов, Дальнего Востока, Сибири и побережий Северного Ледовитого океана. Названия ряда народов Китая и Тибето-Бирманской группы также содержат в составе своих этнических имен корневую морфему -ен-, -эн-, -ин-, -ан-, -ян-. Например: цзан (цзанцзу), мань, мэн (мегецзу), чин-чин, маньцзу, цзин (древнее название Китая и китайцев). Значительную часть в этих группах этнических имен занимают и этнонимы прототюркского происхождения: сяньби, дунху, ухуань, дунган, салон, шинто, динь-линь, жужань, кайдынь, урянхай, сукен, нутакин, нирун, барин, дурбен (дурмен), хонхотан, хунну, Үйсiн Қаңлы (Кангха, Кангюй), Қоңырат, Найман, Албан, Суан, Арғын, Табын, Рамадан, Алшын.

Определив языковое (материальное) выражение типологически универсального этнографического значения в этнонимии народов мира, т.е. общеязыковую корневую морфему -ен, -эн, -ин, -ан, -ян, являющуюся носителем основной семантики «человек», которая соответствует закону типологической унивесалии, мы предлагаем научно обоснованную этимологию и семантику ряда древних этнонимов, таких, как Қазақ, Хунны // Гунны, Канлы, Уйсин, Найман, Конырат, Алшын, Албан, Суан и др. Наша версия основана на понимании происхождения и семантики каждого этнонима как отдельной единицы целостной языкой системы. Научной базой построения служит типологическая универсалия в этнонимии народов мира, сформулированная М.В. Крюковым; выявленные нами исходные праформы, т.е. корневые морфемы – носители основного семантического атома, общеязыкового характера; фоносемантика, определившая семантическую значимость фонемы (один из основоположников С.В. Воронин); положение Н.А. Баскакова о доагглютинативном периоде развития тюркских языков, т.е. определение изоморфизма в морфологичской структуре тюркского слова; закон рядности в онимообразовании; явление биноминации в ономастике; явление ротацизма в тюркских языках.

Во втором разделе «Происхождение народа и демонима қазақ (казах)» рассматривается проблема происхождения народа и демонима қазақ (казах). Более двух столетий лингвисты, ориенталисты, историки, этнографы, писатели и поэты, пытаются объяснить происхождение и семантику этнического термина қазақ (казах). Но вопрос так и не снят с повестки дня, так как предлагаемые этимологии и семантические версии не выдерживают критики. Субъективность мнений, обращение к народной этимологии были характерны для многих исследований. Для многих цель уже казалась недостижимой. С.Д.Асфендияров считал что, «лингвистические изощрения и изыскания бесплодны», а М.Тынышпаев был вовсе пессимистичен, и писал, что «искать значение слова «казах» также бесполезно, как и попытка найти значение слов русский, араб, француз, англичанин и т.д.» [16,71;26].

Однако современное развитие лингвистики и смежных наук дает возможность научной этимологизации тюркских этнонимов. Но для этого необходимо глубокое знание исторических процессов, а также исследование отдельного этнонима как единицы целостной этнонимической системы.

В работе критически рассмотрены мнения 55 зарубежных исследователей, казахских просветителей и версии современных казахстанских ученых относительно этимологии и семантики демонима қазақ (казах).

В существующей литературе демоним қазақ (казах) встречался в различных фонетических вариантах: кайсак, косог, қосақ, хасаг, хузаг, хозақ, hассак, азсак, ғузсак, кашак, казак, касак, киргиз-кайсак, қырқыз-қайсақ, киргиз-казак, қырқ-қазақ, казиг, газаг, газог, газага, гозага, хусак и т.п.

Из всей рассмотренной нами литературы выделяется единственая работа, которая была близка к научной этимологии этнонима қазақ – статья А. Қайдарова и
Е. Қойшыбаева [17,45-51]. Они полагают, что демоним возник из племенных названий «азы и саки», но пытаясь объяснить появление қ- в начале корневой основы аз//ас, не ответили на пять главных вопросов, возникающих при объяснении слова қазақ:

1. Какова этимология этнического термина аз//ас ?

2. Какова семантика праформы слова аз//ас ?

3. Как могло появиться перед корнем фарингальное h, ведь такое построение противоречило бы агглютинативности тюркских языков?

4. Каково происхожднение второй части слова - сак?

5. Какова семантика слова қазақ (казах)?

Ответы на эти вопросы дали бы научно аргументированную этимологию и научно обоснованную семантику слова қазақ (казах).

Относительно этимологии демонима қазақ (казах) исследователями высказаны следующие предположения:

1) арабского происхождения (гази hақ «борец за истинную (исламскую) веру»;

2) слово монгольского или калмыцко-монгольского происхождения (гоц-сах - «истинный сак»);

3) иранского происхождения (pohsan, т.е. «грабитель на дороге»);

4) слово древнетюркского происхождения; в древнетюркских памятниках встречается kazgak tergen «казахская арба»;

5) слово тюркского происхождения.

Большинство исследователей придерживались последней версии.

В литературе слово қазақ (казах) обладает богатым спектром значений. Это вызвано интересом, во-первых, к народу, к истории его происхождения, во-вторых, чисто этимологическим интересом. С целью обобщения материла, представляющего различные значения слова казак (казах) и их семантических вариантов, эти значения группируются в синонимические ряды. В тот или иной синонимический ряд включаются слова, представляющие не только определенную грамматическую категорию, но и слова из других категорий речи. Отдельно представлены свободные словосочетания. Эти синонимические ряды в основном составляют слова русского языка. Но тут следует иметь в виду заимствования, метонимический перенос, кальки и другие вкрапления в русский язык из других языков, большей частью из тюркских.

Синонимические группы следующие:

БЕГЛЕЦ; одиноко ходить, ездить; одинокий; убегать.

СКИТАЛЕЦ; бродяга (бродяга-разбойник); люди без отечества и защиты; сбившийся с пути; человек, по злой необходимости отделившийся от своего рода-племени, лишившейся своего скота и кочевий, поэтому ставший бродягой, скитальцем; изгой; бесцельный; отшельник; горемыка; изгнанник; безродный; изнеможденный; измученный.

НАЛЕТЧИК; разбойник; грабитель; грабитель на дороге; благородный разбойник.

УДАЛЕЦ; герой; отважный; вольный герой; искатель приключений; смелый (смельчак); вольный; удалой; отважный молодец, ищущий свободы и богатства в добычах на войне; рыцарь; бойкий, удалой человек.

СТОЙКИЙ; мужественный (мужчина); сильный; могучий; богатырь; твердо стоящий на ногах; крепкий; твердый; преданный; неприхотливый; жестокий; беспощадный в бою.

КОННИК; всадник; наездник; вольный конник.

ХОЛОСТЯК (холостой); одинокий (одинокая); вдовый; холостое житье; незамужняя; цветок пустышка.

НЕИМУЩИЙ; бедняк; раб; невольник; вольнонаемный батрак; наемный работник; батрак; захребетник (рус.диалектн.), простолюдин (простолюдины); простые воины(рядовые воины).

СТРАЖ; военный страж; охранитель границы; охранник; сторожевой на границе; пограничник; пограничник в кольчуге или в бронированных латах; охранник жениха.

СЛУЖИВЫЕ У ХАНОВ; полуразбойничьи отряды на границах владений; представитель, самоуправляющихся военных поселенцев на окраинах бывшей России.

ВОЛЬНИЦА; свободный; свободный степняк; вольный человек; вольные герои; свободные люди; легко вооруженный, вольный конник; человек, отделившийся от своего рода и улуса, человек, находящийся вне сословий; человек, не признающий власть хана; вольный конник; вольный как птица; вольный; удалой, отважный молодец; человек, снискавший почет и уважение степняков, кочевников; человек, вольный как ветер.

ВЕЛИЧИЕ; высота; возвышенность духа; здравость; настоящий; чистокровный; подлинный, высшие люди по происхождению; люди особого происхождения.

КОЧЕВНИК; пастух; кочевой человек; люди, живущие в войлочных кибитках.

СОЛДАТ; служивый; доброволец; воин (воитель), воитель за истинную (исламскую) веру.

ЛЮДИ, ПОХОЖИЕ НА ЛЕТЯЩИХ ГУСЕЙ; человек, происходящий от лебедя; белая гусыня; человек, подобный гусю; ворон.

^ ЧЛЕНЫ ДИНАСТИИ ХАНОВ; потерпевшие неудачу в борьбе за престол, но не отказавшиеся от своих прав; союз племен, объединившихся в ходе феодальных междоусобиц под главенством одного хана; ФИЛОСОФЫ СТЕПЕЙ; аскеты; жители пустынь.

ДЕВУШКА; возможно в связи с этим возникло значение «красный». СУДЬЯ; человек, наделенный властью судить по шариату. РОК; жертва, праведная жертва.

НЕЧЕТНЫЙ; один из пары.

ПРИКРЕПЛЕННЫЙ; укрепить; водрузить; вонзить (от каз. када «вонзить»).

ИСТИННЫЙ САК; подлинный сак; саки, местности кай.

ПРИЕМНЫЙ; приемный сын (в связи со значением беглец, отшельник). ПРОВОРНЫЙ; расторопный; прыткий.

ПОСОЛ; гонец; посланник (по какому-либо конкретному поручению от отдельного лица или предводителя рода).

БЕЗДЕЛЬНИЧАТЬ; лежать (жить) без дела.

ДОБЫТЧИК; конь добытчик (добывать корм из-под снега); добывать; зарабатывать; проводы в дальнюю дорогу; поездка на заработки; дальняя дорога; уход на промысел; уход на многодневную охоту; откапывать мох копытами из-под снега (об оленях).

Отдельную группу составляют слова (точнее, лексемы со значением «казак (казах)», которые не имеют синонимической пары: каратель; шафер; вид раскладки снопов; холощенный (о лошади); гребец на ладьях; самец-главарь (о животных); пожарник; возможно в связи с этим значением существует сочетание «казацкая вода» (вода в бочке для тушения пожара), а также сочетание «казацкая похлебка» в значении «суп». Представляет интерес омонимическая пара: «Перевозчик (лодочник, перевозчик грузов через реку)»; перевозчик (почтальон, перевозчик почты)».

Приведенный материал включает 28 синонимических групп, 173 варианта значений, одну омонимическую пару и свидетельствует не только о смысловом развитие слова, но и об интересе к казахскому народу, его этнографии, культуре, истории, менталитету.

При том количестве гипотез, версий, точек зрения, которые были накоплены за длительный период изучения проблемы происхождения этнонима қазақ (казах), некоторые из них запутывают и без того сложный вопрос, отвлекают от правильного направления поиска. Необходимо учитывать хронологическую длительность, эволюцию формирования этноса и соответственно этнического имени, которое вырастало по иерархической лестнице: антропоним > когноним > патроним > геноним > этноним > демоним, и изменения фономорфологической структуры слова.

Анализ значительного количества этнических имен позволил нам выявить в их составе корневую морфему аз//ас как основное семантическое ядро, которое сформировало демоним қазақ. Типологическая универсалия в этнонимии гласит – этнонимы несут этнографическое значение: «человек», «люди», «настояший человек», «настояшие люди», что требует следующего шага, т.е. определения универсального фономорфологического выражения этого значения. Если лексическое значение, т.е. «духовное» (понятийное) содержание слова уже известно, то осталось определить «материальную» звуковую оболочку – фономорфологическое выражение слова. В этническом имени қазақ лексическим ядром (универсальным и лексическим и звуковым выражением значения) является аз//ас. Выявить эту универсальную корневую морфему удалось на основе анализа большого количества примеров из разносистемных языков. Этноним аз// ас в «чистом» виде много раз встречается в Орхоно-Енисейских письменных памятниках. К примеру, в надписях Куль-тегина и Тоньюкука есть такие строки:

293. Татука азов он захватил. 294. Их кагана мы там убили 328. Народ азов стал [нам] врагом. 329. Мы сразились [с ним] при Кара – келе. 332. Элтебера азов он захватил. 333. Народ азов был там уничтожен. 353. Кюль – тегин, сев верхом на бурого азского коня (при сражении с эдизами)... 368. Кюль – тегин (48) сев верхом на бурого азского [коня] напал [на врага] (пятое сражение с огузами). 125. Я искал проводника. 126. [и] нашел мужа [воина] из степных азов. Поход на киргизов (горная дорога на Кегмен была завалена снегом, проводник повел через Ак – Термел)» [18,139-169].

Источники свидетельствуют: азы имели свое государство, и правитель их назывался Эльтебер или Татук. Они имели свою, азскую, породу лошадей. Видимо, азские скакуны славились своей силой и мощью, если Кюль-тегин выбирает азского коня зимой во время горного похода.

Б.Х. Кармышева отмечает распространение этнонима ас на территории Узбекистана в древности. Узбеки асы упомянуты в работах К.Л. Задыхиной, Х. Даниярова, К. Кубакова. О том, что этноним ас закреплен в топонимии Узбекистана, в особенности Хорезма, а также на обширной территории от Алтая до Урала, писал Р.Г. Кузеев. Л.С. Толстова этноним ас считает тождественным этнониму алан. В.В. Бартольд особо подчеркивает этническое значение термина аз//ас: «Прежде сомневались в том, надо ли понимать слово аз в смысле народного названия, мною с самого начала отстаивалось это мнение, и к нему теперь присоединился и Томсен в своем последнем переводе» [19, 26-27]. Подсчеты показали, что в Узбекистане зафиксировано 54 этнотопонима ас [20, 195].

Корневая морфема, которая изначально выступала обозначением самостоятельной этнической единицы аз//ас, встречается в составе очень многих древних казахских патронимов, генонимов, этнонимов: Тотас, Шуаш (Шуас), Қоралас, Буйдас, Жаныс (Жанас), Мырзатаз, Андас, Қуяс, Айбас, Қаржас, Ақтас, Жарас, Қожас, Құдас, Саббас, Саббас Тиес, Андас, Отырас, Қараманас, Қарақас, Тоқас, Саббас, Сарысаббас, Қаз, Құдас, Буғаз, Жаппас, Қояс, Құлтас, Жарас, Қожас, Борас, Қуяс, Арас, Сарбас, Боқас, Жаппас, Қожас, Тоғас. Сюда включаются названия этнических групп: Тiлес, Кобiс, Абыс, Ағыс, Моныс, Бағыс, Байыс, Тейiс, Қара Тiлес, Орыс, Бегiс, Алаш, Тыныс, Берiш, Арыс, Нөкiс и др. По нашему мнению, в данных примерах конечная морфема -с // -з // -ш – усеченная форма этнонима аз // ас (-ш фонетический вариант). Отдельную группу составляют имена, где корневая морфема -ас-//-аз- выступает в начале слова или в середине слова: Азай // Асай, Аспан, Асан, Сасбуқа, Сақ, Сасай, Сасбоқа.

Данную корневую морфему аз//ас можно выделить и в составе древних тюркских этнонимов, не раз упоминаемых в памятниках письменности: Қорлас, Икирас, Чиназ // Шынас, Хорулас, Талос, Телес, Тардуш.

В названиях сибирских народов также выделяется этот аффикс. Например: Хакас, Хасава (так называют себя ненцы), Саха (Якуты). Сахалин, Сахалян, Хасут (урянхайцы); Қарақасы, Қасс (Сарыч), Кащы, Сагай, Тай ас (по Аристову). Кроме того, морфему можно выделить в составе названий некоторых этносов Кавказа и других народов Европы. Аз (азийское наречие в осетинском языке, аланы, предки осетин, себя называли асами); баски в Испании (некоторые исследователи их причисляют к кавказским народам); лаз – этническая группа на Кавказе (древние обитатели Черноморского побережья не только на юге, но и на севере, отсюда и лезгин) носят еще название чан. А.И. Малеин потверждает наличие асов на Кавказе,в IV веке и аланов он упоминает как асов.

М.М. Маковский отметил словоформы – енн, ас как названия божеств в индоевропейских языках. Он пишет: «ан “предок” (нем. Аhн “предок”) восходит к гот. Ан “шест” (символ целостности космоса, олицетворение связи посюстороннего и потустороннего, а так же символ Божества: ср.гот. anses “божество”, др. – сев. Ass “божество”)». Интересны выводы М.М. Маковского, который рассматривает древние индоевропейские слова как символы, «семантическим ядром которых было значение огонь – вода, но эти значения в процессе развития языков расширились: “высокий”, “небо”, “трава”, “волосы”, “сила” (божественная сила), “разум”, “бытие”, “столб”. Автор выделяет «гетерморфный узел» древних лексем, т.е. сочетания гласного с согласным “ас” в значении “высший”» [21,56].

Прототюркское аз//ас – «высший человек», «настоящий человек» встречается во французском языке, из которого оно заимствовано русским и многими другими языками. В «Словаре современного русского литературного языка» (М.1991) читаем: «АС м.1. Летчик высшего класса (по летнему и боевому мастерству). Воздушные асы. В полк были сведены лучшие летчики, асы советской авиации, в том числе несколько Героев Советского Союза (Кудреватых)» (С. 243) .

В «Этимологическом словаре русского языка» (М. 1987) М. Фасмер отмечает связь аз//ас с авестийским, новоперсидским, древнеиндийским, авганским и греческими языками: «Ясин, мн. яси – стар. Название осетин, древ.русск. яси... примеч. яськъ... Восходит вместе с чагатайским As (название древних аланов, которые были покорены кыпчаками (Радлов) к др. древне-иранским языкам: авест. äsu “быстрый”, нов-персид. ăhu “газель”, афг. ősai “антилопа ”, др. – инд. ăçúő “быстрый”, греч. wxuq – то же» [С.564].

Кроме того, на огромном пространстве от Азии до Европы этноним аз//ас наблюдается в топонимии, которая способна хранить архаические лексемы. Об этом свидетельствуют факты из «Географического словаря»: Яссы - г.Туркестан; Азак, Азов – море и город в России; Ясло – город на юго-востоке Польши, в Карпатах; Яссы – Жудец на северо-востоке Румынии, Яссы – город, административный центр жудеца. Яссы упоминается как Ясский торг с 1387 года. Название Яссы встречается в письменных памятниках с 1408 года. Топонимы Хасавюрт в Дагестане, Хасково в Болгарии, Косово в Югославии, Косов в Южной Украине (С.34)ографического словаря:ты из "о языка"хской этнонимику:) .

По всей вероятности, аз//ас прототюркского происхождения, и в этом случае можно утверждать, что қазақ (казах) - тюркского происхождения. Так как эволюционное развитие тюркских языков также шло по схеме протюркский язык > древнетюркский язык > тюркский язык > современные тюркские языки. Исконную семантику аз//ас вполне ясно определяет закон типологической универсалии в этнонимии, по которой этноним имеет универсальное значение «человек», «люди», «настоящий человек», «настоящие люди». Это значение сохранил и демоним казак (казах)

В разделе 3.3. «Фоносемантика и исконное значение демонима қазақ (казах) и других древних этнонимов» исследуется и описывается роль фоносемантики в процессе этимологизации и определении исконной семантики слов с затемненной этимологией и утерянной семантикой. В. фон Гумбольдт писал: «Достоинство языка с точки зрения его звуковой системы, помимо точного устройства органов речи и слуха и помимо стремления придать звуку наибольшее разнообразие и совершенство, особенным образом основаны на отношении звука и значения. ...Кажется совершенно очевидным, что существует связь между звуком и его значением» [22,92-94] .

Ф. де Соссюр исходил из тезиса произвольности и условности языкового знака. Долгое время его последователи не принимали альтернативное мнение. Однако во второй половине ХХ столетия фоносемантика сформировалось как самостоятельное направление лингвистики.

Значительный вклад в развитие данной отрасли внесли ученые Г. Веджвуд, Й. Райниус, М. Мюллер, Г. Шписа, Л.П. Смит, Б. Грум, Й. Бизе, Г. Кирхнер, Г. Суит, Г. Брэдли, Э. Партридж, Г. Коциоль, Б.Чарльстон, Х. Ямагучи, Н. Тун.

Теоретически более значимыми в этом направлении стали работы А. Фрелиха и Х. Марчанда. Заслуживает особого внимания и работа Г. Хильмера, в которой автор рассматривает звукоподражание на словообразовательном уровне (на материале английского и немецкого языков). Работы О. Есперсена и Г. Коциоля также выполнены в этом направлении. Дж. Ферс впервые вводит в научный оборот термин фоностема. Рассмотрение повторяющихся сочетаний фонем, подобных морфеме, но отличающихся полным отсутствием морфологизации и Л. Блумфилда подводит к открытию явления, именуемого термином фоностема. Интересен в исследованиях Б. Уорфа тезис о том, что что корень в значительной степени является разложимым. Работы Ф. Хаусхолдера, Д. Болинджера, З. Харриса, Ю. Найды также перекликаются с выводами вышеназванных ученых.

В советской лингвистике изучение звукоизобразительности и звукосимволизма велось совместно с психологами-экспериментаторами, фонетистами, фонологами. Исследования этой школы способствовали формированию нового направления в лингвистике – фоносемантики, т.е. симбиоза фонологии и семасиологии, выявляющей связь между звуком и значением. По мнению С.В. Воронина, фоносемантика «получила неопровержимые доказательства со стороны экспериментальной психологии и типологического языкознания» [23,3]. Работы, отличающиеся глубоким анализом звукоизобразительности языка в непосредственной связи звукового комплекса с семантикой и этимологией слова – это исследования И.Н. Горелова А.П. Журавлева А.М. Газова-Гинзберга, Н.И. Ашмарина, Г.Е. Корнилова.

В казахском языкознании звукоизобразительность изучали Ш.Ш. Сарыбаев,
А.И. Ыскаков, А.Т. Кайдаров, Б.Ш. Катембаева, С.Р. Ибраев. Однако основы системного исследования данной пробемы в казахском языкознании заложены в работе
К.Ш. Хусаинова, где рассматриваются вопросы звукосимволизма, а также номинативные и этимологические аспекты звукоизобразительных слов. К.Ш. Хусаинов рассмотрел более 9500 звукоизобразительных корней, основы их дериватов, что позволило ему сделать следующее заключение: «…в звукоизобразительных словах казахского языка, как и во многих других родственных и неродственных языках, проявляется определенная системность, представляющая собой последовательную соотнесенность аккустических или артикуляторных характеристик звукового облика ряда слов с сенсорно-эмоциональными характеристиками денотата» [24,218].

Для внедрения в систему научного метода научной этимологизации и раскрытия затемненной семантики древних этнических имен большое значение имеет привлечение положений теории фоносемантики. В этом плане исключительно ценным для нашего исследования являются материалы и выводы К.Ш. Хусаинова о связи звукообозначений с различными денотатами. К.Ш. Хусаинов рассматривает казахские звукоподражательные корневые морфемы и их производные в сравнении с эквивалентами этих морфем в тюркских, монгольских, тунгусо-маньчжурских, индоевропейских, семитских и некоторых других языках и считает тақ-, тоқ-, тық-, дық-, дүқ-, дiк- подражанием различным стукам, ударам жестких незвонких предметов.

Однако в некоторых исследованиях высказывается противоположное мнение о значимости гласных языка в составе звукоизобразительных и звукосимволических слов. Данные исследования С.В. Воронина позволяют иначе рассмотреть вопрос твердости, жесткости, резкости и даже напряженности. На основе анализа характеристик звукосимволического слова, данных О. Есперсеном, М.Ф. Фазыловым, Н.И. Ашмариным, В.А. Торцевской, С.В. Воронин заключает, что в основу номинации звукосимволических слов могут быть положены признаки объектов, воспринимаемые в любой сенсорной модальности человека (разумеется, кроме слуховой модальности, - в этом случае речь идет уже о звукоподражании). Это могут быть признаки, получаемые через зрение, обоняние, вкус, осязание, органические ощущения. Осязание дает возможность различать признаки кожно-осязательной (тактильной) группы (прикосновение, давление, свойства поверхности – гладкое, шероховатое, фактура объекта - твердость или жесткость, а также упругость). Нас интересует «твердость или жесткость», передаваемая звукосимволическим словом и в целом звукоизображаемым. А.М. Газов-Гинзберг, касаясь этого вопроса, пишет: «Подавляющее большинство звуков неодушевленной природы – это шумы, соответствующие глухим согласным речи... В подавляющем же большинстве звукоизображений любого языка основную роль играют согласные (шумы), определяющие «тип» изобразительных слов. Здесь гласные (различные по тону), не меняют, а лишь варьируют значение слова, создавая так называемую гамму. Сравним «гамму» звукоподражаний в русском языке: тук, ток, так, тюк, тик (причем по стуку тук-тюк различаются согласным, а не гласным звуком)» [25,94] .

С.В. Воронин пишет о том, что tex в английском («откусить», «зажать») и tekan в индонезийском («давить», «жать», tindas «прижимать», «сдавливать») также обозначают состояние напряжения.

Как видим, звукоизобразительность идентична для многих, даже генетически отдаленных, языков. Согласный «т-» в этих языках не только создает синестезию, но и является носителем основного значения, такого, как «твердость», «жесткость» и даже «напряжение».

В казахском языке есть слова обозначающие «давление», «напряжение»: тырысу «сжиматься», тырыстыру «сжимать», тығу «давить», «помещать силой (давить) в посуду»; тығын «кляп», «пробка», тоған «запруда» (для воды). В качестве других примеров, передающих «твердость», «жесткость» выступают: тау «гора»; тас – «камень»; түз – «соль», «кристалл»; темiр – «железо»; тоғай – (тугай) – «непроходимая чаща, кустарниковые заросли»; там – «дом, т.е. жилище с укрепленными стенами»; төбе – «холм»; таяқ – «палка»; табақ – «чаща из обожженной глины, дерева, металла»; тостақ – «посуда меньшего размера, также из тех же материалов». Лексическое значение всего приведенного ряда слов, связано со значением «твердость», «жесткость», «крепость» и т.п. Здесь носителем дополнительного лексического значения так же является фонема т-, которая выступает в анлауте всего приведенного ряда слов. Для большей убедительности можно рассмотреть из этого перечня историческое словообразование отдельных лексем. В данных примерах расчленяется корневая морфема, которая на первый взгляд казалась неделимой. В качестве примера рассматриваются две лексемы: төбе и таяқ.

В древнетюркском языке нет слова төбе, а в этом значении представлено: «ОВUZ «возвышенность, бугор», oj obuz «впадина и возвышенности» [ДТС,362]. Данный факт таже может свидетельствовать о более позднем формировании современной формы төбе, и это потверждает верность нашего построения. В этимологическом словаре тюркских языков Э.В. Севортяна (М. 1974) есть вариант: «ОБА в турецком, крымско-татарском, каракалпакском, кабардино-балкарском, казахском, ногайском, киргизском языках в значениях «куча камней»; «курганный камень»; «курган»; «земляное возвышение над усопшими, приобретшими известность»; «холм» (насыпной холм); «остроконечная земляная возвышенность, имеющая в окружности от 1,4 версты до 1, служащая указателем урочищ или деревень»; «горка»; «возвышенность, выпуклое место»; «вершина»; «летнее пастбище в горах» [ЭСТЯ, С.398]. Э.М. Мурзаев слово ОБА фиксирует как народный географический термин в монгольском, башкирском, хакасском, тувинском, татарском, шорском, маньчжурском, тибетском (и как заимствование в русских говорах Забайкалья) в значениях: «одинокий холм, высокая сопка, хорошо заметные со стороны»; «курган», «холм»; «насыпь»; «груда священных камней», «жертвенный курган»; «холм из камней»; «груда камней»; «небольшая возвышенность»; «жертвенная куча камней» на вершине холма, «горы»; «сопка»; «сто тысяч камней»; «межевой пограничный знак на государственной границе». Возникновение слова и понятия Э.М. Мурзаев объясняет так: «пограничный знак в виде кучи камней; указатель дорог, сложенный из камней, земли или веток; священное скопище камней на выдающихся местах, вершинах гор, буграх, холмах, перевалах, созданное человеком в знак поклонения духам гор, природы; древний анимистический обычай многих народов Азии, сохранившийся и в настоящее время в Центральной Азии и Тибете» [26,402].

Из сказанного следует, что исконное ОБА «холм» в силу необходимости «интенсификации», «усиления» значения, расширения семантического поля приобретает звуковую и морфологическую форму т+оба, т.е. при помощи фонемосемы т-, несущей значения: «твердость», «крепость», «жесткость», здесь еще добавляются значения «сила», «высота», бдительность», возникает новое слово төбе обладающее значением «высокий холм»; «сторожевой холм, где несли караульную службу воины»; «пограничный холм, несущий бдительную службу на границе».

По всей вероятности, в той же парадигме возникает слово таяқ «палка». В древнетюркском словаре есть слово АZАQ «нога» (переносное знач. «заблудшийся, сбившийся с пути»). Э.В. Севортян отмечает это слово почти во всех современных тюркских языках, в известной нам сегодня форме: «АЙАҚ» 1. «нога», «ножка», «лапа». Только в якутском и чувашском он фиксирует формы близкие к древнетюркскому: АDАQ, т.е. аtaх в якутском и чувашском языках. Также в словаре переданы переносные значения: «подставка, ножка, пьедестал, подножка, основа, фундамент, подпорка, столб, основание».

Один из вариантов развития слова таяқ можно представить в таком виде. Определена исконная основа, лексическое ядро – аяқ «нога». Возникает вопрос: откуда почти созвучное таяқ «палка»? Ответ кроется в переносных значениях слова аяқ «нога», отмеченных в этимологическом словаре Э.В.Севортяна: «подпорка», «подставка», «основание». Если исходить из названия материала, а именно, ағаш, бутақ «дерево, ветка», из которого «делается» палка, то никакой связи проследить не удается. Но именно многофункциональность палки (палка как оружие и палка как орудие труда, рычаг, подпорка и т.п.) становится, на наш взгляд, основным фактором появления общетюркского таяқ: переносные значения слова аяқ требуют усиления нтенсификации значения при помощи фоносемы «т-», которая в наших примерах выступает как носитель значений «твердости, силы». Приведенные значения слова аяқ «подпорка», «подставка», «основание», вероятно послужили основой метафорического расширения значения, основанного на сходстве, так как в руках пожилого человека палка становится «подпоркой», «третьей, сильной ногой», «крепкой ногой, на которую он опирается, когда теряет силы в суставах». Таким образом, таяқ (т+аяқ) букв. «твердая нога».

Названия частей тела в казахском языке также могут быть аргументом в пользу нашего построения. Так как это самые древние слова, например: тырнақ – «ногти», «когти»; тiзе – «колено», тiс – «зуб», «зубы», «клык»; тiрсек – «локоть»; тумсық – «морда», «клюв»; тобық – «лодыжка»; тiзе – «колено»: туяқ – «копыто», «копыта». Как видим из примеров, анлаутный согласный т – в этом перечне слов несет дополнительное значение «твердость», «крепость», «жестокость».

В рассмотренных примерах төбе, таяқ общее в лексическом значении слов трудно усмотреть без специального анализа, но в названиях частей тела значение «крепость», «твердость», «жесткость» находит прямое отражение, так как все вышеотмеченные части тела полностью соответствуют семантике терминов. Это самые прочные, твердые, рассчитанные на защиту части тела человека и животных или несущие защитную функцию. К примеру, тырнақ – «ногти», «когти» – это орудие защиты и нападения многих хищных птиц и животных. То же самое с полной определенностью можно сказать и о лексемах тiс – «зубы», «клык»; тұмсық – «морда», «клюв»; туяқ – «копыто», «копыта».

В означенном ракурсе попробуем определить этимологию и семантику этнического термина таз//тас, который в фонетических и морфологических вариантах имеет, широкое распространение в казахской этнонимии. Например: Тас (Ошақты, Тасжүрек - Ұлы жүз); Таз (Ысты, Ауызүсiген - Ұлы жүз); Тазша (Ысты, Тiлек - Ұлы жүз); Таз (Жалайыр, Жолымбет - Ұлы жүз); Ақтаз (Найман, Бағаналы, Кетбуға - Орта жүз); Таз (Байұлы - Кiшi жүз); Тәзiке (Адай - Кiшi жүз); Тас тоғызақ (Шанышқылы - Ұлы жүз); Таз (Албан - Ұлы жүз); Тәзiке (Бай ұлы - Кiшi жүз); Таз (Арғын - Орта жүз); Тиес (Қоңырат - Орта жүз); Таузар (Керей - Орта жүз), Таз (Керей - Орта жүз), Таз (Дархан, Шанышқылы - Ұлы жүз).

Н.А. Аристов предполагает, что тазы относились к динь-линям. В.А. Никонов тазов фиксирует в Приморье.

Следует заключить, что этноним тас возник, как и этноним қас, в одном словообразовательном ряду этнических имен, т.е. при участии корневой морфемы -аз-, -ас-. Фоносемы т- и қ- выступают как словообразующие фономорфемы, несут семантическую нагрузку и словообразовательную функцию в лексемах тас и қас. Этнический термин, аз//ас в значение «человек», «настоящий человек» с развитием языка расширяет семантику, в итоге возникают формы тас- и қас-.

Рассмотрим слова казахского языка с согласной қ- в анлауте. Эти лексические единицы можно объединить, в смысловом значении в единое семантическое поле. Они несут значение «защиты», «защитной функции», «ограждения», «покрытия», «охраны», «охранной функции» и т.п. Например: қап – «мешок», «чехол», «оболочка»; қабық – «кора, выполняющая защитную функцию, обычно, кора дерева и т.д.»; қора – «ограждение для животных»; қамал – «крепость»; қала – «город» (обычно в древности все города имели укрепленные защитные стены, и даже были окружены глубоким рвом, все это, как известно, строилось с целью защиты от вражеских нападений; қыс – «зима» (все поры растительной, часть животной жизни и земля покрываются снегом защищаясь от зимней стужи); қыз – целомудренная девушка, находящаяся еще под зашитой и присмотром родителей и родственников; қазық – «кол» (кол, колья забивались с целью защиты).

Названия частей тела в какой то степени синонимичны вышеприведенным словам: қас – «брови» (брови защищают глаза); қабақ – «веко, веки» (выполняют защитную функцию, покрывают глаза во время сна и в других необходимых случаях); құлақ – «ухо, уши» (изначально всегда на страже, улавливая малейшие звуки внешней опасности); қарын – букв, «живот» (внешняя оболочка покрывающая, защищающая внутренности); қыл – «волос, волосы» (растительный покров на теле человека, животного, выполняющий защитную функцию); қол – «рука, руки» (главное защитное «оружие» человека).

Как видим, в лексемах, в анлауте которых выступает фономорфема қ-, она, как и фономорфема т-, несет основную семантическую нагрузку защиты, защитной функции, охраны, охранной функции. Такой вывод позволяет определить этимологию и исконную семантику демонима қазақ. Лексема қас образована при помощи рассматриваемой фономорфемы. Многие ученые в составе слова қазақ (казах) выделяли қас в структуре демонима.

Наряду с қас//қаз мы рассматриваем и параллельные образования тас//таз. Эти корневые морфемы несут семантическую нагрузку «человек», «настоящий человек», «силач», «храбрец», «герой» и т.п. В приведенных примерах фонема т- мотивирует значение «твердости», «крепости», далее «мужественности», «силы», «героизма», а фонема, қ- - значение «защиты», «защитной функции», «охраны», «охранной функции». Следовательно, «защищать», «охранять» можно только при наличии силы, мужественности, стойкости, храбрости, героизма и т.п. Фономорфема қ- обретает эти дополнительные значения в составе аз//ас, и в итоге аз//ас оформляется как қас.

Вышеизложенная мысль находит подтверждение у С.В. Воронина. Он считает, что «ономатопы этого типа обозначают квази, удар с последующим шумовым не ударом. Англ. сrach - разбивать вдребезги сокрушительным ударом; рушиться с грохотом; производить громкий и резкий смешанный шум (при разламывании твердых тел); threah - бить, молотить; башк. qora - хруст при жевании сухого сена мелким скотом; qyre (в том же значении); индонез. deras - подражание звуку шагов по песку, deria подражание звуку шагов по сухой траве. Далее, определяя фонемотипы, несущие значения психоакустической сущности денотата, он уточняет: «Удар звукоизобразительно передается через взрывной характер взрывного согласного – либо кликса – фонем (психо) акустически представляющих собой удар» [23, 28]. К сказанному остается добавить, что фонемотипы, в частности, т-, қ- несут значение «силы при ударе» и способствуют дальнейшему развитию семантики слов, оформленных при помощи данной фономорфемы.

Мы знаем, что тюркское словообразование агглютинативное. В нашем случае образование слов қас и тас не соответствует этому способу словообразования, так как к корню в анлауте «приклеивается» фонемоcема қ- или т-. Этому явлению дает объяснение Н.А. Баскаков: «Вместе с тем структура тюркского слова позволяет гипотетически представить древний доагглютинативный строй тюркских языков как строй изолирующий, в котором абстрактные грамматические значения были образованы из знаменательных основ, которые, находясь в постпозиции по отношению к определяющей их основе, постепенно преобразовались сначала в элементы аналитической, а затем и в аффикс синтетической формы» [27,93]. Стало быть, тюркские языки прошли первоначальную изоляцию, этап аналитизма и пришли к агглютинации.

В нашем случае определение доагглютанитивного этапа развития морфологии тюркских языков объясняет появление лексемы қас, т.е. қ+ас и тас, т.е. т+ас. Этноним қас способствовал образованию ряда этнических имен и топонимов, т.е. был продуктивен в словообразовательном плане. Например: Қасер//Хазар; Қасенн//Касон//Кушан (в истории известна Кушанская империя); Қасқурт, ср.: Басқурт, Қызылқурт. Қасқурт (ныне потерял свое этническое значение, Қазығұрт известен как название горы, которую казахи издревле считают священной); Қассақ (Қазақ); Каспи (Каспийское море); Қапқас (Кавказ); Абқас (Абхаз); Аққас (Огуз); Хақас (Хакас); Қарақас (Қарақас); Қырқас (Киргиз); Азқас (Скиф); Шерқас (Черкес); Терқас (Торқус); Енқас (Енкес), Бурқас (Бөрiқас).

Необходимо констатировать, что эта лексема сложилась в глубокой древности.
Н.Я. Марр свидетельствует: «Племенное название gaz = қаs ... доисторического происхождения. …грузинское, менгрелское и чанское слова қаs (Қаs – ҚаI = Қор), Қош Қоя – Қасское. Салское племенное слово, как имя легендарного героя (фонетически точное – кимерское) племенное слово» [15,116].

Итак, можно заключить: этническое имя қас//қаз - двусложное образование, состоит из корневой морфемы -ас//-аз, а также из звукоизобразительной морфемы (фонемы) қ, несущей дополнительную смысловую нагрузку «силы», «мощи», «твердости», «защиты». Значит, определена первая часть демонима қазақ (казах). Остается определить окончательную морфологическую структуру демонима казак (казах), этимологию и исконную семантику слова.

Большинство исследователей утверждали, что этот демоним - по структуре двусложное образование, состоит из двух основ қас и сақ. Это могло быть достаточно веской научной аргументацией этимологии и семантики слова қазақ (казах). Но все же более обоснованным с научной точки зрения будет иное решение проблемы. Во-первых, следует иметь в виду очень важный момент: почти все древние слова (названия частей тела человека и животных, названия диких и домашних животных, названия чисел до десяти) состоят из одного корня. В этом числе и этнические имена. Во-вторых, по предлагаемой версии демоним қазақ (казах) состоит из одного корня. Подтверждением этого мнения может служить родословная казахского народа, по данным которой этнический термин қазақ (казах) имеет «родственную» пару – Созақ и Разақ. В ряде родословных казахского народа говорится о братьях Қазақ, Созақ и Разақ. От второго не было потомства, но как бы в утешение сохранился в народной памяти топоним. Разақ также потерял этническое значение и сохранился как антропоним, но в родословной Абул-гази встречается как этноним. Кроме того, Разақ в родословной каракалпаков является их первопредком.

Необходимо еще раз подчеркнуть, что казахский язык сохранил в чистоте абсолютное большинство древнетюркских словоформ. Примером может служить этническое имя аз, которое сохранилось в чистом, неизменном виде как корневая морфема в этнических терминах Созақ, Қазақ, Разақ, которые функционируют в современном казахском языке в данной фономорфологической форме. Этот факт дает возможность рассмотреть развитие фономорфологической структуры имен собственных уже исходя не из варианта -ас, а из исконной фонетической праформы -аз. Следовательно, демоним қазақ (казах) состоит из одного корня и служебных морфем. Структурное развитие корневой смыслонесущей морфемы -аз- предствляется в таком виде: первоначально қ+аз, затем қ+аз + аффикс множественности и парности -қ, позже перед аффиксом множественности -қ появляется появляется гласная и с течением времени возникает форма: қ+аз+ақ. Слово приобрело значение «высший человек», «высшие люди».

Такое построение фономорфологической структуры слова қазақ (казах), определение научной этимологии и исконной семантики слова имеет одну неизменность: корневой смыслонесущей морфемой является -аз-//-ас-.

Таким образом, этимология и семантика этнонима қазақ (казах) в предложенной нами научной версии соответствует закону типологической универсалии в этнонимии, основным положениям фоносемантики, а фономорфологическое образование слова - доагглютинативному строю тюркских языков, закону рядности в ономастике. В основе данной научной разработки (или метода) заложены достижения современной этнонимики и фоносемантики, универсальная типология в этнонимии, которая способствовала определению универсальных общеязыковых этноморфем – носителей основного семантического ядра. Методика разработана исходя из универсального принципа: каждая языковая единица есть составная часть целостной системы языка, подчинена общеязыковым закономерностям формообразования, словообразования, развития семантики и т.п. Также учитывается эволюционная лествичная схема: апеллятив-антропоним > когноним > патроним > геноним > этноним > демоним.

Данная методика предоставляет возможность обосновать гипотезу этимологии демонима қазақ (казах) и определить исконную семантику этого слова. Исконная семантика «человек», «люди» выросла в процессе усиления, интенсификации значения и обрела современное значение «высший человек» («ұлы адам»).

В разделе 3.4. «Этноним и клич Алаш» рассматривается происхождение этнонима Алаш и история превращение его в клич (ұран). Алаш – этническое имя, известное с глубокой древности. По всей вероятности, с XV века оно приобретает статус общенародного урана (клича) казахских племен.

О семантике и происходения данного этнонима учеными высказаны различные предположения. Первоисследователи исходили из народной этимологии и выводили происхождение слова из общетюркского ала «пестрый». Об этом писали Э.Е. Грумм-Гржимайло, А.Г. Малявкин, Н.В. Кюнер, М.Я. Бичурин, Н.А. Аристов, Ч. Валиханов. Ряд ученых отмечали негативную семантику данного имени. Одни связывали происхождение слова с народной мифологией, по которой его происхождение велось от «пегого» человека, другие высказывали мысль, что слово алаш происходит от ала ат «пестрая лошадь». Однако при анализе этого слова следует иметь в виду эндогенность происхождения имени: самонаименования не могут нести негативную информацию.

Ответ на вопрос о происхождении и семантике слова алаш дают древнетюркская лексика (ДТС) и словарь Э.В. Севортяна. В словарях отмечено значение ал «красный, алый». Слово Алаш (взаимозаменяемость фонем с//з//ш в тюркских языках распространенное явление), по всей вероятности, состоит из двух корневых лексем ал – «алый, красный» и ас – «человек», «настоящий человек», «богатырь», «силач», «герой». Слово ал – «алый, красный» здесь употреблено в переностном значении «обман», «уловка для неприятеля» (а для своих - отличительный знак).

На наш взгляд, можно сделать следующее заключение: Алаш означает «алый, красный ас», т.е. красный воин. Подтверждением обоснованности этой гипотезы может служить наличие ряда этнонимов, морфологическая структура которых выстроена подобным образом: Алат, Алан, Алшын, Албан. Последнее свидетельствует о распространенности данной модели в тюркской этнонимии.

В разделе 3.5. «Происхождение и семантика древних этнонимов с корневой морфемой -ен-: Хунн, Yйсiн, Қаңлы, Қоңырат, Найман» рассматривается этимология древних этнонимов на -ен-. На основе историко-лингвистического анализа и предлагаемой в работе методики определяется этимология и исконная семантика данных этнонимов.

Открытие типологической универсалии в этнонимии позволяет определить этимологию ряда древних этнических имен. В качестве примера можно назвать Хунн, Yйсiн, Қаңлы, Қоңырат, Найман. Наличие универсальной семантики «человек», «люди» в шумерском языке отметил еще выдающийся лингвист Н.Я.Марр. Он рассматривает шумерские слова с основой на en как семантическое поле («пучковые слова») и фиксирует следующие их значения: а) небо+вода; b) «небо» (культово «тотем» «бог»; социально «господь» «господин»). Кроме этого выделяются значния en-gar «земля», «земледелец»; en-gur «вода», «глубина воды» (ср.: тюркск. унгир «глубина, яма»). Но самое важное, на наш взгляд, наличие в шумерском: en «господин», отсюда nam-en(-na) «господство», «царствование» [15,151].

Думается, эти наблюдения Н.Я. Марра могут служить достаточно убедительным аргументом в пользу обоснованности наших построений относительно этимологии и семантики вышеприведенных древних этнонимов. В составе этнических имен Хунн, Yйсiн, Қаңлы, Қоңырат, Найман явно просматривается фономорфема -ен- в значении «человек», «люди». В качестве примера рассмотрим этимологию этнонима Хунн. В научной литературе предлагались версии «лесные люди»
(Р. Токтаров), «питающиеся луком» (А.В. Суперанская). Близок к научной этимологии
Д.Е. Еремеев, который связывает происхождение слова с монгольским словом хун «человек». В китайском слово хунн обозначало «северные люди» или «северные варвары», что также близко к исконной семантике. Безусловно, Хунн можно трактовать как «настоящий человек», «истинный воин», «герой», «храбрец». Его первоначальной фономорфологической формой было қ-ен. Но в процессе исторического изменения звуковой оболочки слова появляется современная его форма.

^ Четвертая глава «Генезис народа, этимология и семантика демонима тюрк» состоит из пяти разделов. Она посвящена изучению вопроса генезиса тюркских народов и происхождения народа и демонима тюрк. На основе критического обзора существующей литературы по данному вопросу, опираясь на явление ротацизма в тюркских языках, обосновывается этимология и семантика демонима тюрк и этнонима Дархан.

В разделе 4.1. «Эндогенность демонима тюрк» рассматривается генезис народа, этимология и семантика демонима тюрк. В.В Бартольд отнес тюрк к разряду политических терминов. Вслед за ним С.Г. Кляшторный, С.П. Толстов заключают, что это собирательное имя военного союза племен, в котором нет этнического содержания. Такой же точки зрения придерживается С.М.Ахинжанов. По словам А.Н. Кононова, термин турк разъясняется как собирательное имя, значение которого было понятно на большой территории и которое объединяло многие племена различного расового и этнического происхождения. Мы в работе обосновываем мысль о том, что тюрки были и есть единое, генетически кровнородственное сообщество племен, располагающее четкой родословной, что подтверждает единство происхождения. Термин тюрк эндогенного характера. Это название конкретного генетически родственного сообщества, которое по мере роста количества носителей восходило по схеме апеллятив-антропоним > патроним > геноним > этноним > демоним.

В разделе 4.2. «^ Тотемизм, монгольское чоно и «Волк-Ашина» обосновывается тотемность термина тюрк и то, что имя прародителя тюрков Ашина тюркского происхождения. Этимологический анализ монгольского чоно «волк» и других названий диких и домашних животных свидетельствует об единстве происхождения и семантики этих слов в монгольском и тюркских языках. Действительно, многие исторические свидетельства подтверждают генетическое родство происхождения тюрков и монголов. В лигвистической науке исследования в области алтаистики доказали это умозаключение. На большом языковом материале Ц. Д. Номинханов, А. Кайдаров, М. Оразов, В.А. Казакевич, Э.М. Мурзаев обосновали единство происхождения многих древних слов в монгольском и тюркских языках.

На наш взгляд, слово чоно связано с именем прародителя тюрков и монголов Ашины, олицетворявшего волка. Так как мифология тюрков и монголов связывает происхождение этих народов с ущельем Ергене хон, куда скрылись от врагов прародители Бөрi Ашина и Гао Марал. В сочетании Бөрi Ашина (букв. «волк+волк») произошло семантическое «усечение» первой части. В результате Ашина в народной речи трансформировалось в шоно. С языковой точки зрения это вполне возможно, так как полное соответствие других слов-терминов (названий диких и домашних животных) в тюркских и монгольских языках подводит нас к такому умозаключению.

В разделе 4.3. «^ Этимология и семантика демонима монгол» предлагается версия тюркского происхождения демонима монгол. Словообразовательный анализ значительного ряда тюркских этнических имен, в которых можно выделить показатель множественности ер//ар, -с//-з, -т (Татар, Джалаир, Авар, Огуз Икирас, Сулдус, Қият, Қоңрат, Дулат, Оймаут, Аранут, Чаншиут, Кереит), дает нам возможность утверждать об универсальности этой словообразовательной модели. Однако о структуре этнонима монгол мы этого не можем сказать, так как не встречаем ни одного этнонима древности с аффиксом –л. В связи с вышеизложенным можно сказать, что термин монгол не имеет признаков, присущих этнонимам, а также грамматических показателей, свойственных другим этническим именам. Стало быть, это искусственный термин политического содержания, производное имперских замыслов Чингисхана. Поэтому данный термин не укладывается в этнонимическую систему народов Центральной Азии средневековой эпохи.

Б.Я. Владимирцов приводит слова Чингис-хана, сказанные на Курултае в 1206 году: «Моими устами говорит Мëнкэ Көкө Тенгрин (вечно синее небо). Чингис царствует Силою Вечного Неба (Мëнкэ – тенгрин кючин-дур) [28,72]. Здесь, без сомнений в мëнкý просматривается тюркское мәнгi «вечный”. Наличие общетюркского мәнгi «вечный» в древнетюркском варианте бәнку//бәңгу рассмотрел О. Бекжан. Он приводит выдержку из «каменного текста»: «Отукен йыш олурсар, бәнгу iл тұта олуртачы сен, түрк бодун тоқ» («Был бы сыт тюркский народ, если в Отукене содержал бы ты его как вечное племя») [29,37-38].

Из текста следует, что сочетание мәнгi ел «вечное племя» было традиционно присуще древнетюркским текстам. Такое сочетание отражало мировосприятие и мировоззрение тюркского народа. Верность этого тезиса подтверждает и выдающийся труженик тюркской истории Л.Н. Гумилев: «Итак, основным характерным признаком социальной структуры каганата династии Ашина было совмещение военного и племенного строя. Тюркуты были первым кочевым народом Средней Азии, осуществившим такое сочетание на практике. Они сами сознавали это и называли свою державу вечный эль, подчеркивая ее устойчивость, сравнительно с племенными союзами телесцев и хозяйничанием хищной орды жужаней» [30,62]. Из сказанного следует, что, словосочетание Мәңгi ел «вечное племя, вечный народ», возможно, единственный вариант происхождения этнонима монгол.

В разделе 4.4. «^ Ротацизм при образовании демонима тюрк» рассматривается гипотеза А.Н. Кононова о происхождении термина тюрк. Он считал что первый элемент түр образован от тюркского слова төр//түр «передний угол», «почетное место», «место против входа в юрту», «почетное место в доме», «главное место у очага». А тор//түр
А.Н. Кононов выводит из төс//түс//төs. Это очень важное заключение для нашего исследования. Чередование р//с//з явление, давно и широко известное в тюркологии.
А.Н. Кононов анализирует выводы специалистов-этнографов, изучавших религиозно-тотемистические воззрения тюркских народов Сибири, у которых төс//төз «первоначальные духи», «божество», «идол», «истукан», «кумир»; священное место: гора, река, скала, озеро. Отсюда А.Н. Кононов заключает: «Элемент түр (recp tor-tos) связывает термин турк, с примитивными тотемистическими представлениями. Об этом красноречиво говорит семантика слова түр - тор - тоs - от тос я - «фетиша» [31, 57-66].

Мы отмечаем исключительную важность объяснения А.Н. Кононовым происхождения tur от tos, так как это и есть путь к истинно научному объяснению происхождения и значения демонима тюрк. Явление, которое А.Н. Кононов называет «чередование r > s», в тюркологии именуются ротацизмом. Явление ротацизма в тюркских языках отметили Н.К. Дмитриев, Г.И. Рамстедт, Н.А. Баскаков.

Наши изыскания в области языковой эволюции древних этнических имен потдверждают распространность, т.е. преимущество, чередования s>r. Например, этническое имя аз//ас «мужчина», «воин», «герой» у западных тюрков обретает звуковую форму ар//эр «мужчина», «муж», «воин», «герой». Явление ротацизма наблюдаеся и на примере суас//шуас//чуваш > суэр//субер// (сабир, сибир)//шуэр//шумер. По той же схеме происходит чередование в примерах окуз//огуз//гуз > окур//огур//гур//отыргур//утиргуры; қас > қер (Керей, Кереит) и т.д.

Впоследствии тюркское -ар-, -эр, -ер, -ир в финно-угорских и даже в индоевропейских, иберийско-кавказских языках становится продуктивной словообразующей корневой морфемой. Сравните: mard «мужчина, герой», mord - «человек», «мужчина» (коми), murt - «человек», «мужчина» (удм.), mord-va (мордва), mari - «мужчина» мариец (марийский яз.), Kmari - «муж», (грузинский яз.) mare - «человек» (аварский яз.) maira - «муж», (чеченский яз.), mar – «муж» (ингушский яз).

Данное явление и помогает объяснить происхождение и семантику демонима тюрк, которое после распада империи хуннов возникает как имя-оберег. Новое имя символизировало возрождение народа. Следовательно, демоним тюрк первоначально имел форму таз//тас, где корневой морфемой является аз//ас. Об этой корневой этнонимообразующей морфеме, которая и есть языковое выражение типологической универсалии в этнонимии, подробно писали выше. Отсюда переход таз//тас > тэр//терк//тюрк – закономерное явление, продиктованное языковой эволюцией этнонимов.

Таким образом, тюрк, как и қазақ, семантически несет значение «высший человек», «истинный муж», «настоящий мужчина», «герой», «воин», «богатырь».

Демоним тюрк возник от тас//таз, но вовсе не от төс//төз. Безусловно, научные построения А.Н. Кононова, обзор литературы, степень анализа материала вызывают восхищение. Это выдающийся лингвист и тюрколог, но в период исследовательской деятельности А.Н. Кононова не была сформулирована типологическая универсалия в этнонимии, не сложилась фоносемантика, в ономастике не было закона рядности при образовании имен собственных. Без учета этих закономерностей невозможно было прийти к истинно научной этимологии и к исконной семантике слов с затемненной этимологией и утерянной семантикой.

В разделе 4.5. «Происхождение этнонима Дархан» рассматривается происхождение этнонима Дархан, обосновывается мнение об единстве термина тюрк и данного этнонима. На основе историко-лингвистического анализа слова высказывается мнение, что Дархан//Тархан – есть Тюркон, и семантика слова вытекает из данного предположения. Этноним Дархан, один из древнейших этнических терминов тюркского мира, сохранился в составе казахского народа как название родового подразделения.

Дархан широко представлен в топонимии Евразийского пространства как этнотопоним. В связи с явлением трансонимизации этноним наблюдается в качестве этнотопонима, адонима, гидронима, антропонима на территории Центральной Азии, Монголии и России. Наиболее распространен в Ташкентской области Узбекистана и Южно-Казахстанской области Республики Казахстан: Дархан – ойконим (Верхнечирчикский, Кибрайский и Среднечирчикский район Таш.обл.), Дархан - адоним (Ташкент), Дархан-арык, Саят-Дархан, Ескi Дархан - гидронимы (Ташкент), Дархан - ойконим (Сарыагашский и Тулькубасский районы Южно-Казахстанской области и Жуалинской р-н Жамбылской области), госхоз «Дархан», город Дархан (Монголия), Дархан и Эсю Дархан – ороним (Монголия), Тарханы, Астрахань (Россия).

В материалах по районированию Узбекистана от 1926 года вст­речаются 34 этнотопонима, т.е. названия населенных пунктов в варинтах Дархан // Дархон // Тархан, что свидетельствует об активном участиии этнической группы Дархан в этногенезе тюркских народов и отчасти таджиков.

Об этимологии этнонима Дархан наиболее обстоятельно написал
Э.В. Севортян. В его словаре приведены 13 значений слова. Другие исследователи в основном повторяют эти значения, такие как «кузнец», «осовобожденный от налогов», «почетный» и т.п. Но на наш взгляд, Дархан // Тархан происходит от Тюркон. В этом отношении представляет интерес высказывание А. Уланова: «Дархан хатун» в якутском эпосе переводится «кузнец, мастер», хатун «глава рода, царевна» [39,49]. Особо важно, что А. Уланов выводит Терхан «хозяин жизни». Значит, Тюркон также «хозяин власти», «глава всего». Из сказанного можно сделать логически обоснованное предположение: Дархан // Тархан – этимологически тюркского происхождения, а семантика этого слова - «хозяин земной жизни».


novosti-karachaevo-cherkesii-21012010-bolee-150-semej-karachaevo-cherkesii-napravili-materinskij-kapital-na-pogashenie-zhilishnih-kreditov-za-2009-god.html
novosti-kommersant-dengi-rubriku-vedet-dmitrij-polonskij-01122008-047-str-8-10.html
novosti-kommersant-dengi-rubriku-vedet-dmitrij-polonskij-22092008-037-str-10-12.html
novosti-kompanii-petmol-rinok-molochnoj-produkcii-rf-poluchatel.html
novosti-kompanij-energoeffektivnost-s-arstemenergetika-i-promishlennost-rossii.html
novosti-kompanij-myasopererabativayushej-promishlennosti-byulleten-soderzhit-dannie-za-period-s-02-fevralya-2012-po.html
  • learn.bystrickaya.ru/fizicheskaya-kultura.html
  • uchit.bystrickaya.ru/uchebnaya-programma-disciplini-disciplina-mikroprocessornie-sistemi.html
  • bukva.bystrickaya.ru/osnovnie-operatori-yazika-turbo-paskal-proceduri-i-funkcii.html
  • letter.bystrickaya.ru/metodika-i-tehnologiya-raboti-socialnogo-pedagoga-pod-redakciej.html
  • pisat.bystrickaya.ru/statya10-doklad-predstavlyaetsya-komitetu-po-pravam-cheloveka-kpch-oon-v-svyazi-s-rassmotreniem-komitetom-pyatogo.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-vichislitelnie-mashini-sistemi-i-seti.html
  • grade.bystrickaya.ru/montazhnij-film-programma-uchebno-oznakomitelnoj-praktiki-i-kurs-i-proizvodstvennoj-praktiki-studentov-ii-iii.html
  • student.bystrickaya.ru/3-informaciya-i-obyavleniya-zadachi-podrazdeleniya-okipr-vgta-upravlenie-innovacionnoj-infrastrukturoj-vgta-prodvizhenie.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/tvorcheskaya-evolyuciya-zhivoj-i-nezhivoj-materii.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/programma-vstupitelnih-ispitanij-napravlenie-podgotovki-050100-pedagogicheskoe-obrazovanie.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/kulturnij-socialnij-i-simvolicheskij-kapitali-obzornij-material-cocialnie-seti.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/yugo-vostochnoe-okruzhnoe-upravlenie-obrazovaniya-departamenta-obrazovaniya-goroda-moskvi.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-po-discipline-matematicheskie-osnovi-psihologii-naimenovanie-uchebnoj-disciplini-dlya-specialnosti-050706-pedagogika-i-psihologiya-kod-i-nazvanie-3.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/predislovie-k-izdaniyu-stranica-19.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-rekomendovana-pck-specialnosti-09-02-04-230401-opk-protokol-01-ot-01-sentyabrya-2014-g-predsedatel-pck-goryunova-m-v-recenzenti-vnutrennij-trubicina-o-v-prepodavatel-opk-sti-nitu-misis.html
  • doklad.bystrickaya.ru/vivodi-k-razdelu-1-dissertaciya-na-soiskanie-nauchnoj-stepeni.html
  • report.bystrickaya.ru/informacionnie-tehnologii-v-prepodavanii-lingvisticheskih-disciplin-opit-sozdaniya-obuchayushih-multimedijnih-programm-zhislin-a-ya-taldikin-s-b-shetinin-a-v.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/psihologo-pedagogicheskie-usloviya-preodoleniya-emocionalnogo-neblagopoluchiya-u-doshkolnikov.html
  • testyi.bystrickaya.ru/annotaciya-rabochej-programmi-naimenovanie-disciplini-vnutrikorporativnij-pr-ukazivaetsya-naimenovanie-v-sootvetstvii-s-uchebnim-planom.html
  • school.bystrickaya.ru/bipolar-essay-research-paper-the-phenomenon-of.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/posobie-na-detej-5-subsidii-i-lgoti-na-oplatu-zhilya-i-kommunalnih-6.html
  • student.bystrickaya.ru/1-obekt-avtomatizacii-metodicheskie-ukazaniya-po-vipolneniyu-funkcionalnoj-shemi-avtomatizacii.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/lekciya-4-kristallizaciya-metallov-kurs-lekcij-po-predmetu-materialovedenie-i-tkm.html
  • composition.bystrickaya.ru/ol-lavrik-ta-kalyuzhnaya-nyu-evdokimova-fb-gershunov-sbornik-nauchnih-trudov.html
  • klass.bystrickaya.ru/44-lapsit-exillis1-s-yu-klyuchnikov-simvolika-i-nasledie-kairskogo-otshelnika-4-chast-tradicionnaya-simvolika.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/razvitie-melioracii-selskohozyajstvennih-zemel-rossii-na-period-do-2020-goda.html
  • predmet.bystrickaya.ru/reshenie-zadach-po-kursu-statistiki.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/razdel-1-reviziya-sistemnih-resursov-zapusk-odnoj-programmi-iz-drugoj-29-ispolzovanie-komand-interfejsa-s-polzovatelem.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/vash-sosed-millioner.html
  • turn.bystrickaya.ru/otchet-po-uchebnoj-rabote-za-2013-2014-uchebnij-god-1-shtatnaya-rasstanovka-sotrudnikov-kafedri-ugolovno-pravovih-disciplin.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/rossijskaya-diplomatiya-i-koreya-1876-1898-stranica-2.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-16-pismo-v-butilke-graham-hancock-robert-bauval-grem-henkok-robert-byuvel.html
  • abstract.bystrickaya.ru/2-union-oilunocal-istoriya-sozdaniya-tajnogo-mirovogo-pravitelstva-i-metodi-ego-vozdejstviya-na-vsemirnuyu-politiku.html
  • knigi.bystrickaya.ru/sobrane-pestrih-glav.html
  • tasks.bystrickaya.ru/252-stranovie-i-regionalnie-riski-129110-rossiya-g-moskva-gilyarovskogo-47-str-5-informaciya-soderzhashayasya.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.